Когда я зарулила на парковку перед ближайшим приличным центром распродаж, мне пришло в голову, что едва ли человек, только что потерявший работу, станет подобным образом разбрасываться деньгами, но я тут же отмахнулась от этой мысли. За последние три года я скопила приличные деньги, откладывая нетронутыми бонусы и всячески снижая расходы. Так почему бы и не немного растрясти свои сбережения в целях вполне заслуженного катарсиса? Эта мысль занесла меня сперва в магазин сети J. Crew, а потом на волне самовосполнения попранной справедливости погнала дальше. Я купила себе шорты и несколько топиков, пару сарафанов и сандалии, одежду для пробежек и купальник-бикини, а также потрясающий гарнитур кружевного белья, от которого у Джулиана наверняка глаза на лоб вылезут.
И лишь когда я вошла в его дом, набрала код сигнализации и оглядела впечатляющую кучу трофеев, настроение у меня стало стремительно портиться.
Оставив пакеты в холле, я прошла в библиотеку и села перед компьютером. Комната выходила окнами на север — наверное, выбрана была специально, чтобы книги не выцветали от солнца, — и в ней было холодно, немного сумеречно, тихо и умиротворенно. Большой, заложенный дровами камин обещал уютные зимние вечера. Все здесь настолько перекликалось с натурой Джулиана, что я почти даже ощущала его присутствие.
Кликнув мышкой, я вывела компьютер из спящего режима. От родителей ответа пока не было: они проверяли электронную почту обычно раз в день, — однако имелось сообщение не от кого иного, как от Брук: «Консьерж сказал, к тебе нынче заходил какой-то парень, не назвался. Будь осторожна, детка, похоже, у тебя неприятности. Кто его знает. Чмоки, Б.».
От ее слов у меня аж холодок по загривку пробежал. Остановится ли Алисия на том, что меня просто уволят, или же привлечет к делу Комиссию по ценным бумагам? Боже мой! А вдруг меня арестуют? Мои пальцы уже зависли над клавиатурой, готовые набрать Джулиану какое-нибудь дикое безумное послание, но я все же взяла себя в руки. Ведь электронную почту запросто можно отследить. А что, если они собирают сведения и на Джулиана, зная о нашем с ним романе?
Я расслабленно откинулась на спинку кресла, уставившись в потолок. Может, Чарли что-нибудь для меня раздобыл? Где ж его номер?.. Наверное, в сумке от ноутбука. Поднявшись в спальню Джулиана, я нашла сумку рядом с комодом. Расстегнула молнию. На самом верху и впрямь лежал листок с контактами «Стерлинг Бейтс», а под ним — книжка из интернет-магазина, доставленная прямо перед моим отъездом.
Только, как я заметила, она была вовсе не с «Амазона». Судя по упаковке, несомненно, книга, однако логотип «Амазона» отсутствовал. «Книжный магазин „Ловец жемчуга“, Нью-Порт, Род-Айленд», — значилось на пакете. Может, посылку отправил сам книготорговец, а не «Амазон»? Я порой нажимала «заказать», не особо вчитываясь в попутную информацию.
Пожав плечами, я распечатала упаковку.
Должно быть, вышла ошибка: книга была мне совершенно незнакома. Она уже явно была в употреблении и казалась несколько старомодно оформленной, хотя и находилась во вполне хорошем состоянии. Судя по всему, историческая. Я покрутила ее в руках, прочитала название:
«И погасли лампады: Джулиан Эшфорд и „Утраченное поколение“. 1892–1918. Ричард Г. Холландер».
Ниже помещалось сепийное фото широкоплечего молодого мужчины в форме офицера британской армии, сурово глядящего прямо на меня.
Причем с лицом Джулиана Лоуренса.
Вероятно, его двоюродный дедушка — тут же мелькнуло в голове. Или еще кто-то из родни. Фамильное сходство было уж очень явственным. Может статься, Джулиан по скромности сам же мне эту книгу и послал, постеснявшись лично хвастаться знаменитым родственником, однако желая посвятить меня в историю своей семьи.
Внезапно поледеневшими пальцами я раскрыла книгу, стараясь не обращать внимания на пронзительный звон в ушах, и прочитала на внутреннем клапане суперобложки:
