— Джулиан? — окликнула я, сев на кровати.
Ответа не последовало.
Я огляделась в поисках записки. Прежде чем уехать в Нью-Йорк, Джулиан непременно должен был оставить мне послание. «Сладких снов, любимая!» — было выведено витиеватым наклонным почерком на листочке, что минувшей ночью остался лежать на пухлой пуховой подушке в гостевой комнате. Естественно, провести ночь в его объятиях, даже при всей их целомудренности, показалось мне намного лучше.
Я осмотрела всю постель, так ничего и не обнаружив, и уже стала понемногу поддаваться беспричинной ярости, когда решила глянуть на прикроватной тумбочке. Да, там он и оказался — сложенный листок бумаги нежно-бежеватого цвета экрю. Схватив его, я откинулась обратно на подушку — из листка при этом мне на колени выпал комплект автомобильных ключей. Вероятно, от «Рейндж Ровера».
«Милая моя девочка, твое грозное похрапывание разбудило меня ни свет ни заря, так что я имел удачную возможность как нельзя вовремя отправиться на Манхэттен. Будь как дома, все здесь твое. Вернусь как можно скорее. XX».
Ну, он за это поплатится!
Я вскочила с кровати, вмиг зарядившись энергией, заглянула в ванную. Комнатка, явно новая, оказалась простой и белой, тоже вовсю залитой утренним светом. Вдоль одной стены располагалась большая ванна, отдельно стояла душевая кабинка. Джулиан перенес в спальню мой так и не открытый чемоданчик и сумку от ноутбука. Тут же достав дорожную косметичку, я почистила зубы, после чего еще долго нежилась под горячим душем.
Собираясь впопыхах, я не особо задумывалась о гардеробе, и теперь удрученно хмурилась, разглядывая содержимое чемодана: три майки, один свитер, любимые трикотажные штаны, двое трусов и четыре пары носков. Мне или требовалось отправиться за покупками, или поручить Джулиану привезти кое-какую одежду из моего дома.
Определенно, шопинг был предпочтительнее.
Одевшись, я спустилась вниз и приготовила себе на кухне тарелку хлопьев. На мраморной столешнице Джулиан оставил мне еще одну записку с паролем от домашнего компьютера и кодом охранной сигнализации дома. В конце было приписано: «Уже скучаю по тебе».
Прихватив с собой хлопья, я отправилась в библиотеку, включила компьютер и, пока он загружался, задумчиво их пережевывала. Я собиралась известить родителей о том, что произошло, не дожидаясь, пока они позвонят мне на работу и устроят панику. Вот только с чего начать? «Дорогие мама и папа! Меня только что вышибли из „Стерлинг Бейтс“ за торговлю закрытой информацией. А сейчас я уехала в Коннектикут сожительствовать с Джулианом Лоуренсом. Удачного всем дня! С любовью, Кейт». Ага, то-то они обрадуются!
В итоге мне удалось все же состряпать нечто похожее на правду, и я переключилась на более насущный вопрос: исследовать свои покупательские возможности в радиусе тридцати миль от Лайма. Прежде чем уехать, я подошла к телефону и позвонила Джулиану на сотовый.
Он тут же ответил:
— Доброе утро, дорогая. Хорошо выспалась?
— Я просто хочу, чтобы ты знал: ты поплатишься, дорого поплатишься за свое ехидство насчет храпа.
— Ты издавала прелестнейшие легкие всхрапывания. Совершенно чарующие!
— Не старайся, не поможет.
Джулиан весело рассмеялся.
— И вот что я решила сделать вечером, — продолжала я. — Я собираюсь тебя соблазнить.
— Неужто? В самом деле?
— И тебе не отвертеться, Лоуренс. Никаких шансов.
— Думаешь, не выйдет?
— Потому что, во-первых, я готова душу заложить, что больше ни одной ночи не проведу в твоей постели, не занимаясь с тобой любовью. Я понимаю, ты уверен, что вполне способен передо мной устоять…
— Потому что у меня за плечами школа суровой армейской дисциплины, моя радость, и я научился выносить совершенно невероятные физические муки…
— …но даже ты не сможешь выстоять перед тем, что я для тебя нынче припасла…
— …что вовсе не означает, будто я не переживаю за тебя еще острей…
— …потому что я намерена обследовать языком каждую клеточку твоего тела, каждую его манящую частичку, пока ты не взмолишься о пощаде…
Я сделала паузу, ожидая произведенного эффекта, однако Джулиан молчал. Наконец в трубке послышалось сдавленное:
— Продолжай.
— Нет. По зрелом размышлении, остальное я решила предоставить твоему воображению. Так что спеши домой, — и повесила трубку.
Для девушки с потерпевшей крушение карьерой и едва не парализующей сексуальной неудовлетворенностью не придумать ничего лучше шопинг-терапии.
