За облаками — солнце [1982] полностью

Действительно, после того как Рая научилась летать и догнала остальных учлетов в группе, ей предложили перейти от Оли к другому инструктору, так как Оля, связанная с парашютными прыжками, была перегружена работой. Рая выбрала Женю Гимпеля, скромного симпатичного инструктора, который понравился ей.

— А я думала, ты ничего не замечаешь. Ты, Лелька, наблюдательная — в точку попала! Знаешь, он мне сделал предложение…

— Выходи за него! Замечательный парень — я его хорошо знаю, мы вместе учились в Тушино.

— Подумаю! — засмеялась Рая.

Месяца полтора спустя Рая вышла замуж за Женю Гимпеля. Отмечали это событие у Оли, где и остались пока жить молодые супруги. В ближайшем будущем им обещали дать жилье.

Феде не очень нравилась такая совместная жизнь, зато все остальные были вполне довольны и счастливы.

— Ты не строй такую кислую мину, когда приходишь домой, Федя. Ничего страшного не случилось — это наши друзья. Поживут, пока им дадут комнату, — уговаривала мужа Оля. — Да и летаем мы в разные смены.

— Та я ничего, привыкаю… Делай как хочешь. Тебе хорошо — значит и мне, серденько.

Но Оля чувствовала, что он так говорит, чтобы не ссориться.

Рая сразу взяла инициативу в свои руки.

— Женя, быстренько за хлебом! Ты, Федя, принеси воды — ведра в углу. Я займусь ужином.

Домашнее хозяйство вела она сама, освободив Олю от всех домашних дел. Варила, убирала, стирала. Когда Оля допоздна задерживалась на аэродроме, Рая садилась за стол и оформляла летные книжки учлетов, избавляя Олю и от этой работы.

Возвращаясь домой, Оля говорила;

— Ты все сама хозяйничаешь — оставляй и для меня какие-нибудь дела. А то взвалила на себя все обязанности!

— А ты, Лелька, читай! Вслух читай — вот твоя обязанность! — приказывала Рая, выжимая тряпку, которой мыла пол.

В библиотеке и через маму Оля доставала интересные книги и читала вслух для всех, а иногда и просто пересказывала содержание.

Закончив аэроклубовскую программу, Рая однажды сказала:

— Ну вот, Лелька, и все. Теперь поеду в Москву, в Тушино. Я уже все решила.

— Куда? — недовольно протянула Оля. — Когда же ты надумала?

Этого следовало ожидать, и Оля знала, что Рая непременно поступит в школу инструкторов — не в ее характере было останавливаться на достигнутом. Но расставаться с ней не хотелось.

— Давно, Лелька, — улыбнулась Рая. — По твоим стопам! Буду там и летать и прыгать. Хочу в совершенстве овладеть высшим пилотажем — это моя мечта!

— А Женя?

— Его туда временно переводят на работу.

— Ну ты, Рая, все успела! А потом — вернешься?

Рая залилась счастливым смехом, но увидев, что Оля погрустнела, стала ласково гладить ее по плечу, заглядывая в глаза.

— Ты же с Федей остаешься. Он тебя очень любит. А я вернусь! Будем вместе летать и готовить летчиков! Я тебе напишу!

Рая уехала, а Оля по-прежнему много работала: утром возила учлетов, вечером занималась с парашютистами, обучая их прыжкам. Время от времени ее посылали в другие аэроклубы для подготовки парашютистов.

В Ленинградский аэроклуб прибыли новые инструкторы, среди них и девушки, однако нагрузка не уменьшилась: все больше молодых парней и девчат шло в авиацию. Полеты на самолете, на планере, прыжки с парашютом стали любимыми видами спорта молодежи.

— Слушай, моя рыбонько, может ты перестанешь прыгать? — ласково предлагал Федя. — Мало достается тебе с твоими пилотами?

— Ты что, Федя! Это же моя работа! Когда нас учил Мошковский…

— Та я уже сто раз слышал про Мошковского — он фанатик! К тому же — мужчина! А ты — женщина!

— Ну и что! Разве это имеет какое-нибудь значение?

Федя вздыхал и укоризненно смотрел на Олю.

— Не жалеешь ты меня.

— Федя, давай договоримся — не мешай мне. Ты знал, на ком женишься? Отвечай — знал?

Он молчал, сощурив темные глаза, и в его чуть грустном, но хитроватом взгляде Оля угадывала твердую уверенность, что рано или поздно ему удастся уговорить ее. Во всяком случае она поняла: ему не хочется, чтобы она прыгала с парашютом, не хочется даже, чтобы летала, о чем он пока не заговаривает. А добивается он от нее другого — быть любящей женой и только.

— Ну что ты молчишь? — уже с нетерпением спрашивала Оля, приготовившись к отпору. — Федя!

— Спокойно, спокойно, голубонька, я ж на все согласен, — с мягкой улыбкой отвечал он. — Пускай пока все остается, как ты хочешь. Одна только просьба… — он взял Олину руку и ласково погладил, прижал к своей щеке, — не стрибай! Кинь ты эти прыжки!

Оля высвободила руку.

— Нет, Федя, прыжки я не брошу, — твердо сказала, отвернувшись. — И вообще…

Хотя она не закончила, Федя ее понял и подумал, что сейчас на эту тему говорить не стоит — действовать предстоит исподволь и осторожно.

Миновала осень. К концу ноября снег, не раз выпадавший в течение месяца, прочно лег на землю. Началась зима с морозами и обильными снегопадами. На расчистку летного поля выходили все — и учлеты, и инструкторы.