За облаками — солнце [1982] полностью

В то время Оля уже обучала вторую группу учлетов. Это были молодые рабочие с завода «Электросила», который находился по соседству с аэродромом.

Когда ребята впервые выстроились перед ней на стартовой линейке, она от удивления ахнула — у всех была одинаковая, модная тогда прическа: длинные волосы, причесанные на бок, закрывали правый глаз… Вся шеренга косила на нее одним глазом.

— Товарищи, да как же вы будете летать? Надо обоими глазами смотреть, а у вас — по одному!.. Знаете: «Гляди в оба!»

Учлеты дружно засмеялись.

— Нет, вы, пожалуйста, причешитесь как следует!

— Все будет в порядке, товарищ инструктор! — заверил ее старшина группы Бойченко и моментально закрепил заколкой длинный свой чуб.

В этом веселом и смышленом парне Оля угадывала незаурядного летчика с большими способностями, и он впоследствии действительно стал известным летчиком-испытателем. В самостоятельный полет она выпустила его раньше, чем всех остальных в группе, и первого в аэроклубе.

— Уверена в нем? — спросил начальник аэроклуба, когда Оля доложила ему, что готова выпустить учлета.

— Уверена! — твердо сказала она. — Отлично летает.

Сначала все шло гладко. Бойченко занял свое место в самолете: как заведено в аэроклубах, учлет садится в заднюю кабину, а передняя остается пустой. Самолет взлетел, и все на старте стали за ним следить, в том числе и начальник аэроклуба, который только недавно вышел на работу после сердечного приступа и поэтому сидел в кресле, специально для него поставленном.

— Замечательно взлетел Бойченко! — похвалил учлета Федя, обращаясь к начальнику аэроклуба. — У этого парня хватка истребителя.

Бойченко построил над аэродромом «коробочку» и, убрав газ, начал снижаться. Довольная, Оля смотрела, как точно делает расчет на посадку ее любимый ученик. Еще немного — и самолет приземлится… Посадка у Бойченко всегда — классическая, это она знала. Но что случилось? Задняя кабина пуста… Бойченко — в передней!.. Что за наваждение — ведь он сидел сзади!

Оля быстро взглянула на Федю, и тот укоризненно покачал головой, видимо, считая, что это ее «штучки»…

Начальник аэроклуба заерзал на кресле и весь подался вперед.

— Что т-такое?! Ямщикова, это же ваш?

— Мой, товарищ начальник!.. — бодрым голосом ответила Оля.

Она все еще следила за посадкой: сел Бойченко безукоризненно. Но это не успокоило начальника аэроклуба, а как будто разозлило еще больше.

— Ямщикова! Кто разрешил из передней? — распалялся он. — Что за своевольство? Вы еще молодой инструктор, а позволяете себе… Двое суток гауптвахты!

— Есть! — ответила Оля с готовностью, опасаясь, как бы с ним опять не случился приступ.

Подозвав к себе Бойченко, спросила:

— Как оказался в передней кабине?

— Перелез, — весело сказал тот.

— Когда?

— Между вторым и третьим разворотами. Это же просто!

Вот отчаянная голова! Ведь и в самом деле — наиболее удобное время, потому что самолет летит по прямой в горизонтальном полете. Молодец, не побоялся…

— Так. А я из-за тебя вот на гауптвахту…

— Как, товарищ инструктор! — всполошился Бойченко. — Извините меня… Я же не думал…

— А вот так! В другой раз будешь сначала думать, а потом уже делать!

Вскоре Оля опять попала на гауптвахту, теперь уже из-за Феди.

Получив приказ обучить всех инструкторов прыжкам с парашютом, она принялась за дело. Федя, который, как и многие летчики, не любил прыгать с самолета, да и никогда не прыгал, постоянно поддевал Олю:

— И чего тебе это нравится? Ну что в них хорошего, в прыжках? Другое дело самолет — машина, техника! В руках ее держишь! Бросай ты эти свои парашюты… Ты же — летчик!

Теперь, когда ему предстояло самому прыгнуть, он стал поддразнивать ее еще больше:

— Подумаешь — прыжки с парашютом! Ничего сложного! Та я могу сразу затяжным…

— Ты что, Федя! — испугалась Оля. — К затяжному надо готовиться — не вздумай! Запросто можно разбиться. Тут опыт нужен.

То, что. Оля, его жена, сомневалась в нем, задело Федю, и он уже не ради шутки стал возражать:

— Какой там опыт! Сам собой управляешь… Что я — не смогу!

— Сможешь, сможешь, только не прыгай! Я запрещаю, понял? Ни в коем случае — никаких затяжек! — приказала Оля.

Но Федя не послушался и сделал большую затяжку. В этот день возил парашютистов Аркаша, Оля же распоряжалась на земле.

Когда прыгнул Федя, она замерла на месте, следя за тем, как он падает все ниже, ниже… Что же он не раскрывает парашют? Пора!.. Вот и земля уже совсем близко… Внутри похолодело — неужели не успеет?! Но вот у самой земли взметнулось белое полотно купола…

Оля вздохнула свободно и в этот момент увидела, как начальник аэроклуба, наблюдавший за прыжками инструкторов, вдруг сразу обмяк и стал медленно сползать со своего кресла… К нему бросились с нашатырным спиртом, засуетились, приводя в чувство.

К месту приземления Феди сразу же была отправлена машина. Оказалось, опустился он на топкое болото и увяз по самые плечи в густом месиве. Об этом Оля узнала уже потом, когда машина вернулась.

А тем временем, вдохнув острый запах нашатыря, начальник аэроклуба очнулся. Открыв глаза, он сразу увидел Олю.