Главной слабостью Сани была любовь к жене Марине, которую он не видел с тех пор, как попал на зону, — уже три года. Последнее время Марина часто ему снилась. В этих снах жена ругала Саню и плакала, а он оправдывался перед ней и уговаривал простить его. А с недавних пор Сане снился один и тот же сон. Дело в том, что однажды Саня увидел по телику, как из американской тюрьмы заключенного выкрала его жена. Дамочка прилетела на территорию тюрьмы в вертолете, который угнала, наставив пушку на пилота, и забрала своего дружка. В том же вертолете парочка покинула колонию. Романтичная история с побегом запала Сане в душу, и с тех пор он мечтал о том, что его жена Марина когда-нибудь вот так же прилетит за ним. В вертолете. В Саниных снах так и происходило, и это были такие прекрасные сны, что Сане не хотелось просыпаться. Но в реальности Марина не то что в вертолете, а даже на автобусе на свиданку в колонию не приезжала. Потому что очень на него обиделась.
Перед последней Саниной ходкой у них был договор жить по-честному. Бешеный клялся жене, что завязал с прошлым и больше никогда не возьмется за старое. Но вышло так, что договор он нарушил, не сдержал слова, накуролесил и получил очередной срок.
«Ты обо мне подумал? — возмущалась Марина. — Ну?! А почему я теперь о тебе думать должна? Возить тебе на зону чай и теплые носки? Не дождешься!» — «Подожди, — отчаянно кричал Саня, — не в носках дело! Ты просто приезжай — я хочу тебя видеть!» Но Маринка такая — сказала, как отрезала, и ни разу не приехала в колонию. Его письма она не читала — они возвращались нераспечатанными.
Он потому и замутил сейчас эту историю с побегом — чтобы прийти к жене и успеть, пока менты не поймают, поздравить любимую женщину с Новым годом, сказать ей самое главное. И может быть, тогда она его простит? Вот ради этого решающего объяснения Саня и стремился попасть в Москву, к Марине! Но только на этот раз ему выпали не фартовые карты, все планы оказались нарушены. И как теперь добраться до Москвы?!
На дворе мело, вьюга выла то разозленным зверем, то подвывала маленьким, обиженным зверьком. Саня загрустил — где-то далеко-далеко, за снегами, за лесами, была сейчас его любимая женщина, и когда теперь им доведется свидеться, и доведется ли вообще?!
— Андрюша, прости меня… Я очень перед тобой виновата! — сказала Катя.
Сначала Андрей хотел насмешливо поинтересоваться, что это на нее вдруг нашло — не перепила ли она, часом, шампанского, а может, ее футболист некстати подвернул ногу? Но тут же осекся, одернул себя: не смей! Ирония здесь неуместна. Катя говорила взволнованно и искренне.
— Я поняла, что ты должен видеться с Сашей! Ребенку нужно общение с отцом! Я бы хотела, чтобы в наступающем году ты приехал к нам, а потом Саша поехал бы в Россию, погостил у тебя. Ты не подумай, у меня с мужем все в порядке… Я не поэтому позвонила… Пойми правильно! Просто я поняла, что была не права.
Справившись с волнением, Андрей выдохнул:
— Катя, спасибо тебе! Ты не представляешь, как я рад твоему звонку и как это важно для меня…
После разговора с Катей он почувствовал, что в нем словно бы раскрутилась тугая закрученная спираль, и сразу стало легче — отпустило.
Обида на бывшую жену, болезненное ощущение себя посторонним все эти годы жило в нем, ядом отравляя кровь. Но этот новогодний звонок изменил все. Андрей знал, что внешне в его жизни ничего не изменится, Катя никогда к нему не вернется, и тем не менее что-то, безусловно, изменилось — он простил, отпустил свои обиды. Он больше не чувствовал себя посторонним.
— Спасибо, — улыбнулся Андрей, обращаясь неизвестно к кому, — в эту новогоднюю ночь все главное уже случилось!
В дверь позвонили. Увидев на пороге Олесю, Андрей обрадовался, в чем сразу ей честно признался:
— Леся?! Это здорово, что вы вернулись! Если бы вы не пришли, я бы сам к вам пошел… знакомиться с геологами!
Смущенная Олеся подняла на него огромные глаза:
— Это правда?
— Правда! — подтвердил Андрей. — Я переживал, когда вы ушли. И хотел извиниться…
— А я вам пирог принесла. Я ходила домой за едой! — простодушно сказала Олеся.
— А я подумал, что вы на меня обиделись!
— Да нет… Вы же голодный сидите… А у нас пироги, торт… Давайте пить чай? Ой, а что это с вами?! — Она испуганно отшатнулась. — У вас глаза сияют. Выпили, что ли?
Андрей рассмеялся — после разговора с Катей он чувствовал небывалую легкость, ему хотелось шутить и смеяться.
— Слушайте, Леся, а вы очень милая. Ну входите! А то вы все время приходите, и мы ругаемся — это ужасно глупо. Предлагаю объявить перемирие. В самом деле, зачем ссориться? Будем принимать друг друга такими, какие мы есть.
— Это правильно! — согласилась Олеся.
…Она смотрела на Андрея и находила, что в нем произошли перемены. Глаза сияют, голос взволнованный. Олеся не выдержала и спросила, не случилось ли чего за то недолгое время, пока ее не было.
— Мне звонила жена, — признался Андрей.
— Вы женаты? — удивилась Олеся.
— Понимаете, Леся, у меня когда-то была жена… — начал Андрей и сбился. Наконец, он выдавил: — Но потом ее не стало…
