— М-да, дилемма. Но чтобы ее разрешить, я собираюсь принять участие в двенадцатиступенчатой программе. Знаешь, в Обществе Анонимных Классификаторов?
Митос рассмеялся и, наконец, расслабился. Паранойя может и подождать.
— Похоже кое-кто нашел себе подружку, — заметил Джо, присоединяясь к Дункану и остальным. — она одна из вас, ребята?
Дункан отрицательно покачал головой.
— Она здесь завсегдатай?
— Нет. По крайней мере, я ее впервые вижу.
— Слушайте, Митос прекрасно может о себе позаботиться, — пожала плечами Аманда, — и я думаю, он уже вышел из возраста, когда спрашивают разрешение пойти на свидание.
— Ему надо быть осторожнее, — сказал Дункан, хорошо зная, насколько друга беспокоит возможное раскрытие Наблюдателями его инкогнито. К тому же он чувствовал себя немного в этом виноватым.
— Мне она кажется вполне безобидной, — встрял Ричи.
— Тебе и Лукреция Борджиа показалась бы безобидной, — возразил Дункан.
— Эй! — Аманда ткнула его кулачком в грудь, — я знала Лукрецию, она вовсе не была такой злой. Это все ее отец-извращенец Папа Римский и Цезарь…
— Вау! Ее отцом был Папа Римский? — Ричи подался вперед. — странно, почему в школе ни о чем таком не рассказывали?
— Послушай, — сказал Джо, — она не Наблюдатель и не одна из вас. Не вижу никакой проблемы, Мак. Аманда права: он уже большой мальчик, и ты ему в качестве дуэньи не нужен.
Дункану ничего не оставалось, как признать, что они правы. Кого Митос подцепит в баре, совершенно не его дело. Никто бы не прожил так долго, делая глупости. Но эта женщина его беспокоила, хотя он так и не смог определить чем. Аманда и Ричи явно ничего необычного не замечали, а если Митос что-то такое и ощутил, то это его не отпугнуло. Пока Дункан наблюдал за ними, испытывая двойственные чувства, пара поднялась, собираясь уходить.
— Ладно, — решил Дункан, когда Митос обернулся, чтобы махнуть на прощание рукой, — беспокоиться действительно не о чем. В конце концов, что такого она может сделать бессмертному?
— Ну? — спросила Аманда, — кто за то, чтобы заняться чем-нибудь более интересным, чем обсуждение личной жизни Митоса?
Митос проснулся разбитым, чувствуя непривычную боль во всех членах. С кряхтением выпутался из смятых простыней, протер глаза и уставился на часы у кровати. Без четверти час… дня? Вздохнув, он откинулся обратно на подушки, пытаясь привести в порядок мысли. Вчера они с Сарой гуляли, да, это он помнил хорошо. Она не стала стесняться и сразу дала понять, чего хочет. Последовал нестерпимо страстный поцелуй, который оказался лишь прелюдией к не менее страстной и долгой ночи, после того, как они добрались до его квартиры. Да, вспомнилось еще много чего. Митос снова открыл глаза и осмотрелся по сторонам.
— Сара?
Никого. Она давно ушла, что, возможно, и к лучшему. Он даже удивился этой мысли. Детали происшедшего все еще ускользали, но у него возникло четкое ощущение, что не все ночные утехи были приятными. Чем таким они, например, занимались, что на простыне в нескольких местах остались пятна крови? Митос осторожно дотронулся до одного из них пальцем, продолжая ломать голову над загадкой.
Ладно, по крайней мере, эта безумная ночь не оставила сколько-нибудь серьезных последствий.
— Ну, как вчера прошел вечер?
Митос вздрогнул и обернулся, только чтобы увидеть Маклауда, подошедшего составить ему компанию у бара.
— Что? — он с удивлением воззрился на Горца, только сейчас почувствовав Зов.
Веселый огонек в темных глазах Маклауда исчез и взгляд стал озабоченным, когда он присмотрелся к Митосу получше.
— С тобой все в порядке? Выглядишь ужасно.
— Большое спасибо, а ты как всегда образец элегантности, — едко ответил Митос, потом вздохнул и пожал плечами. — Со мной все в порядке, Мак. Просто, не удалось как следует выспаться.
И возможно у него похмелье или еще что-нибудь. Однако за все свои пять тысяч лет, он ни разу не пропустил приближение другого бессмертного. Митос хмуро уткнулся в открытый на стойке ноутбук, гадая, стоит ли сейчас об этом беспокоиться.
Маклауд понимающе кивнул и сел рядом на табурет.
— Еще увидишься с ней?
Митос бросил на него косой сердитый взгляд.
— И ты считаешь это своим делом, потому что…?
— Просто из любопытства.
— Ух, именно это сказала Пандора перед тем, как открыть ящик.
— А ты ее знал лично?
Митос загадочно улыбнулся.
— Не уверен, что ты хочешь это знать.
Он выпрямился и расправил плечи.
— Не знаю, может быть годы, наконец, берут свое.
— М-да? — Маклауд поднял брови. — Это как «дух бодр, но тело…»? — поддразнил он.
— Знаешь, в мое время молодежь уважала старших.
— В твое время считалось, что земля плоская.
— Много ты знаешь. Люди плавали вокруг земли задолго до Магеллана, и куча народа побывала в новом Свете до Колумба. А сколько знаний было накоплено до того, как варвары и церковь устроили эти пресловутые Темные века.
— М-м-м, — Маклауд достал стакан и налил себе скотч из стоящей перед Митосом бутылки.
— Дарий говорил тоже самое. Думаю, он всю жизнь чувствовал вину за то, что его армии разрушили и разграбили пол-Европы.
Митос пожал плечами.
