Судя по внешнему виду, Раде в лучшем случае едва пошел третий десяток, когда она стала Бессмертной. Хотя, внешность — зыбкая почва для подобных выводов. Встречаются люди, что и в 30 чуть ли не подростками выглядят и наоборот. Но выбирать не приходилось, больше опираться было не на что. Плюс те годы, что о ней известно, ну, шестьдесят лет, ну семьдесят, пусть даже восемьдесят, с учетом того, что о ней не сразу после первой смерти узнали. Но Мишелю казалось, что Рада была явно старше. И тогда кто знает, чем она занималась раньше, кем была? Хотя, возможно, он и ошибался. Много он Бессмертных видел? Разве что еще Д’Артье. Ну, с этим все понятно: триста с небольшим лет, редкий сукин сын со вздорным характером, злопамятный и мстительный и, кстати, не неопытный мальчишка, хотя противников заведомо опытнее и сильнее старался избегать. Не крутовато ли для Бессмертной, которой меньше века? Или ходила в ученицах у кого-то из искусных воинов? Тогда бы её наверняка заметили еще в то время. Тут Мишель подобрался от пришедшей мысли. Или просто грязно играла? Что ей стоило, скажем, застрелить Д’ Артье перед тем как отрубить голову? Он ведь практически ничего не видел.
Все, хватит накручивать себя. Что толку строить предположения одно мрачней другого?
Мишелю захотелось пройтись, все равно не спится, а здесь, в этих четырех стенах, в голову лезет чёрте что. Он немного поколебался, все же Рада велела сидеть и ждать, но потом решил, что просто побродит неподалеку.
Вот тут Мишель вспомнил о том, что его одежду Рада отправила на свалку, и о том, что после событий дня совершенно вылетело из головы. Вместе с одеждой исчезли мобильный, деньги и, самое главное, документы.
В слабой надежде все же найти их, он порыскал по квартире, заглядывая во все места, где только могли лежать его вещи, а затем и в те, где не могли, если здраво посудить. Поиски, как он и ожидал, оказались бесплодными. И почему-то мысль, что Бессмертная просто забыла или не догадалась проверить карманы, не показалась убедительной. Мишель вздохнул. У него ведь вдобавок и ключей от квартиры не было. Прогулка отменялась.
«Может в полицию податься?» — мелькнула шальная мысль. Но он тут же с раздражением отогнал её. И что он там скажет? «Знаете, за мной гоняется добрая часть некоей тайной организации, а мои вещи сперла Бессмертная. Да, забыл сказать, я тоже Бессмертный, именно из-за этого мне и хотят отрубить голову…» — сочувственный взгляд и люди в белых халатах обеспечены. Можно было, конечно, и насочинять что-нибудь, но он решил дождаться возвращения Рады. Он должен поговорить с ней и расставить точки над «и». Неопределенность и ожидание подвоха отовсюду просто сводили с ума. Так недолго и в паранойю впасть.
В ожидании прошла еще пара часов. А что если она не вернется? Тут стало совсем не по себе. Какой подозрительной ни казалась новая знакомая, перспектива оказаться снова со всем этим наедине абсолютно не вселяла оптимизм. Чтобы хоть чем-то заняться, Мишель устроился в кресле и стал читать, найденный здесь же на столике журнал.
Когда Мишель открыл глаза, комнату уже озаряло солнце, выпавший из рук журнал лежал рядом на полу. Голова как-то странно гудела, совсем как… Мишель рывком поднялся с кресла — рядом был другой Бессмертный. Он вышел в коридор. Со стороны кухни доносилось журчание воды и звук передвигаемой посуды. Когда он вошел, Рада обернулась и приветливо улыбнулась.
— Доброе утро, вернее уже день. Ну, ты даешь. Я пришла, ты даже ухом не повел.
— Я не заметил, как уснул.
— И сколько до этого не спал? — поинтересовалась Рада и, вытерев руки об висевшее у крана полотенце, подошла к плите.
— Около двух суток, — признался Мишель.
— Тогда понятно, — кивнула Бессмертная, — иди есть, — пригласила она. — Надеюсь, против яичницы ничего не имеешь?
В данный момент Мишель абсолютно ничего не имел против этого незатейливого блюда, напротив, был очень даже за.
Когда голод отступил, он вспомнил, о своем вчерашнем открытии и как можно более буднично поинтересовался:
— Где мои вещи?
— Я же сказала, выкинула, — Рада закончила с яичницей и взяла бутерброд.
— Но там были документы!
— Ах, вот ты о чем. Держи, Мишель Д’Эстэн, — протянула ему извлеченный из кармана джинсов паспорт Рада, — мой тебе добрый совет, смени фамилию. С этой хлопот не оберешься.
— И что не так с моей фамилией? — слегка ощетинился Мишель.
Раду это видимо позабавило.
— Про Моргана Д’Эстена никогда не слышал?
— Слышал, и что?
— Ничего, — пожала плечами Рада, — просто репутация у него не ахти, и желающих отправить в мир иной хоть отбавляй, перепутают еще.
— Но ведь Морган мертв.
— Ну, не все же такие просвещенные, как ты.
На это Мишель не нашелся, что ответить, и вернулся к прежней теме. Про деньги спрашивать было как-то неудобно, да, и было их у него с собой — не озолотишься.
— А телефон?
— Продала, еды купила.
Мишель удивленно уставился на Раду. В принципе она действительно не обязана была тратить на него собственные деньги, но…
— Зачем? Там же кредитка была.
