Хотя, в былые времена, когда еще не было письменности и терпимости, люди пытались бороться с чудесами, зародившимися в головах таких творцов. И решение они нашли простое – разбивать эти головы о камни ближайшего ущелья. Впрочем, последствия были вполне очевидными. Одного единственного выжившего творца, который по иронии судьбы, в эту страшную ночь заблудился в лесу, и не вернулся домой, хватило для осуществления настоящего ада для тех, кто решился отобрать жизнь у его братьев. Страха загнанного зверя, отчаяния и боли одного человека хватило для того, чтобы некогда богатый край с плодородными землями превратился в руины с бродящими по пустынной безжизненной равнине чудовищами.
После этого случая творцов решили беречь, и существование выживших наполнилось мирным и радостным спокойствием…
Аурелия смотрела на спящего Вереса. Заострившиеся от выпавших испытаний и близости смерти черты лица по-прежнему оставались привлекательными. Пламя костра, отказываясь освещать страницы книги, по-прежнему выхватывало из темноты упрямый профиль, на котором никогда не читалось спокойствие. Казалось, даже во сне он испытывает боль, хотя со времени пыток и странного знакомства прошло уже несколько месяцев.
Эту ночь они проводили под открытым небом, и девушке не спалось, весна намекала на будущее тепло и зеленеющая трава дарила надежду на пробуждение скованной холодом земли. Полная луна будила в душе Аурелии странное беспокойство, притягивая ее взгляд и завораживая своей таинственностью. Девушка подумала о том, что веками луна не теряет свою силу и притягательность для мелких существ Земли, мнящих себя ее владельцами. Аурелия хмыкнула, среди ночного леса, возле догорающего костра, сложно было чувствовать что-то другое, кроме затаившегося страха, когда каждый шорох леса, каждое завывание зверя отчетливо говорили о том, что сейчас эти цари планеты могут легко стать чьей-то добычей. Впрочем, несмотря на отсутствие спокойствия на лице Вереса, просыпаться он не собирался. Слуги, дремавшие немного в стороне от хозяйского костра, тоже, казалось, были погружены в глубокий сон. Девушка решила не будить уставших путников, и, собрав волю в кулак, попыталась успокоиться. Они уже много раз ночевали в лесу, а она все никак не научится спокойно реагировать на проявления скрытой жизни ночных существ.
Немного успокоившись, Аурелии удалось, наконец, немного задремать, и из короткого тревожного забытья ее вырвал звук шагов. Именно шагов. Рассвет приближался, но недостаточно быстро для того, чтобы можно было рассмотреть путника. Он пробирался сквозь заросли, неторопливо ступая по прошлогодней листве, укрывающей землю мягким шуршащим ковром. Судя по всему, ему вполне хватало света луны, а может быть, просто человек был хорошо знаком с этими местами.
Аурелия открыла глаза, стараясь даже не дышать. Но прямо перед ней уже стоял человек в черном плаще и молчаливо ждал ее пробуждения. Ничего другого, как завизжать, девушка придумать не успела. Мужчина продолжал стоять, как ни в чем ни бывало. Верес и слуги по-прежнему спали. Все это показалось ей немного странным.
– Я – ночной путник. В твоей книге ничего обо мне не написано? – в голосе явно сквозила ирония. Аурелия увидела, что раскрытая книга лежит на земле сбоку от нее, но рассмотреть о чем она, по идее не мог ни один нормальный человек.
– Не написано… Ну или я не дочитала до нужного места.
– Нужного? Ты уверена, что тебе нужно это читать?
– А почему бы и нет? – девушка стремительно обретала уверенность в себе, хотя, казалось, для этого не было никаких оснований.
– Тебе видней. Я – Путник.
– Ты уже сказал.
– Нет, вообще-то. Ночной путник – имя моего народа. Путник – мое личное имя.
Аурелии отчаянно захотелось ответить что-то едкое о недостатке фантазии и возможных вариантах имен для его соплеменников, но вовремя остановилась. Голос Путника был спокойным и достаточно серьезным.
– Добрый вечер.
– Доброй ночи.
Не видя лица Путника, Аурелия кожей ощущала, как он пристально ее рассматривает.
– Ты не похожа на жительницу наших краев. Издалека пришла?
– Издалека…
Путник совершенно не обращал внимания на спящего Вереса, не спрашивал о нем, и Аурелии в какой-то момент показалось, что того просто нет рядом… Растерянность, а затем и страх стали заползать в душу девушки, замораживая ее мысли вместе с пальцами.
– В чем твой дар? – спросил Путник. Похоже, задавать прямые и бестактные вопросы было вполне привычным способом общения в этих краях.
– А почему ты решил, что он у меня есть?
– Только дар ведет человека прочь из родного дома. Только дар дает смелость и силы преодолевать земли и сохранять свою и чужие жизни. Только дар дает право жить…
Складывалось ощущение, что продолжать перечисление он может долго. Они с Вересом никогда не обсуждали, стоит ли ей прятать свои способности, поэтому она просто тихонько ответила: «Целительство».
– Сила или умение?
