Не надо все ж забывать, что у меня двадцать тысяч человек, четверть которых придется оставить в дельте Нила. В Мицраиме от четырех до пяти миллионов жителей. Если мобилизовать каждого десятого мужчину, они одной численностью задавят. У меня пороха не хватит расстреливать толпы с дубинами. Откровенно говоря, сделать это практически невозможно, слишком много местных противоречий, религий и разных групп населения, но сидеть и ждать неизвестно чего не стоит.
– Мы пойдем на галерах и вдоль реки. А ты останешься моей наместницей в Александрии. Заодно и все города на побережье и в дельте к присяге приведи. Желательно без осад. Переходящих на нашу сторону разрешаю целовать жарко в уста и оставлять на прежних должностях. Пока. Доверять им не стоит, однако и жестких мер постарайся избегать. Но если уж придется, никакой пощады!
– Эмилиан, – сказала Мира сразу. – Ему будет мало Киренаики.
И молодец, не стала отнекиваться, опять повторяя про неумение управлять. Не попросила взять на битву. Может, и выйдет из девочки толк.
– А его возьму с собой, чтоб не путался у тебя под ногами. Но здесь хватает и других аристократов, имеющих виды на власть в Мицраиме. Не надо забывать, мы пришли не только сделать страну своей, но и несем нашу веру. Использовать местных – да, сколько угодно. Особенно в первое время. Доверять и приближать к себе, отбирая тщательно. Хочешь сделать настоящую карьеру, будь любезен, прими «очищение».
– За титул иной и молитву скажет, без веры.
– А ты полагаешь, таких на Сицилии мало или в Мавретане? Не важно, насколько они в душе лицемеры…
Прости Всевышний, сам не фанатик и ненавижу поучать других правильному поведению. Но частенько использую, когда нужно поставить на место. Я все ж не кто-нибудь, а родной брат Пророчицы, положение обязывает иногда на людях пересаливать, демонстрируя истинную веру.
– …их дети будут нашими. Я для чего обязал всех правоверных посылать на обучение отпрысков? Школы при церквях необходимое условие. А там им все правильно объяснят.
Заодно и наиболее толковых отберут. Кого в академию, кого в инженерное училище или на чиновничью службу. А откуда мне брать образованных людей, как не создавая самому? Заодно и стимул учиться. Ведь любой сын крестьянина или ремесленника может со временем занять немалую должность.
– А теперь бери табличку и записывай важнейшие тезисы.
Мира вышла из шатра в состоянии легкой ошарашенности. Ничего подобного она не ожидала. Не в четком и крайне подробном инструктаже дело. Тактический уровень она осваивала самостоятельно. А вот общую стратегию изучала под руководством опытных людей. Не первый год торчала возле отдающих распоряжения и неплохо представляла систему. Кто, как и на каком основании, оглядываясь на какие факторы, планирует военную кампанию. Сейчас ей был продемонстрирован совсем не похожий на привычный уровень мышления. Отец не зря приказал записывать. Он выдал подробную справку по гарнизонам в дельте, о слабых и сильных сторонах здешних военных и немалого количества аристократов. Нет, далеко не все помнил наизусть, сверяясь со своими заметками, однако собрать все это требовался не один год внимательной работы. Нисколько не преувеличивал про давнюю разработку. Это вам, реально, не на коня сесть и пойти в набег, полагаясь на удачу и скорость. Все расписано и по полочкам разложено. Чем занимается Агат с Наравасом, она представляла, но об объеме украденной информации прежде не догадывалась. Похоже, отец сознательно ей показал кое-что, объясняющее, откуда берутся его победы. Совсем не обязательно большую часть. Если вспомнить, что и новую тактику массированного использования огнестрельного оружия он изобрел, остается лишь восхититься с гордостью. Все ж не чужой дядя.
– Командир? – спросил десятник, не дождавшись приказа.
– Послушай, Данэль, – возвращаясь на землю, спросила Мира, – ты хочешь стать сотником?
– Нет, моя госпожа, – ответил он, не задумываясь. – Ответственности больше, да и хорошо грамотным нужно быть. Мне и так неплохо возле тебя, бог мне судья.
Это такой понятный исключительно своим юмор. Имя у него васконское и означает «бог мой судья». Когда-то Мария давала их, неизвестно откуда и по какой причине взятые. Они могли быть какие угодно: эллинские, римские, мавретанские, васконские. Некоторые, как данное, имели смысл. Другие ни о чем не говорили. За годы ее деятельности их было тысячи. После смерти Марии собрали целую книгу таких новообращенных. Частенько ее открывали и тыкали наугад в поисках имени для очередного проходящего «очищение». Своего рода гадание. Хотя и не обязательно. Кто-то просил о конкретном, и ему обычно не отказывали. Другие хотели в честь кого-то – прославленного воина, умершего родственника или некой знаменитости. На этот счет существовало единственное правило, озвученное Пророчицей: в честь живых близких не называют. Два здравствующих Влада – отец и сын – в семье одновременно запрещено. Но если есть двоюродный, ему позволительно получить такое же, это уже нормально.
– Вот еще одну «Отвагу» или даже «Славу» я б с удовольствием получил.
