— Наверное, первая первых, — Рада бестолково поскребла затылок. Что-то внутри нее понимало все слова Тиены четко и ясно, и этому чему-то никакие иные разъяснения были не нужны. Но мозг буксовал и артачился, требуя объяснения более подробного.
— В таком случае, первая первых, ты тоже должна была узнать нас, да? — искорка вдруг рассмеялась, и глаза ее вспыхнули двумя солнышками. Рада удивленно заморгала, глядя на нее. — Именно поэтому вы с Держащей Щит предложили нам крылья и попросили задержаться в Роще?
— Да, Светозарная, — кивнула Тиена. Она смотрела на искорку тепло и как-то… бережно, что ли? Так отец обычно смотрит на дочурку, которая показывает ему первое сшитое ей самой платье. Рада внимательно прислушалась к себе, пытаясь понять, не прячется ли внутри ревность. Там не было ничего, лишь какое-то странное ощущение единства и золотой радости от того, что они здесь. — Я узнала вас сразу, как увидела. Эту силу невозможно погасить, ее невозможно укрыть или спрятать. Если она однажды загорелась, то сделать с ней уже ничего не получится.
Лиара прижала ладошки к губам и улыбалась, глядя на Великую Царицу. Рада вновь поскребла затылок. Наверное, ей самой просто не стоило думать над смыслом их слов, наверное, именно это и мешало ей по-настоящему почувствовать за словами Тиены то, что она имела в виду. Во всяком случае, ощущение было именно таким: сомнения и мысли пускали круги и волны по ее внутренней пустоте, которой слова Тиены приносили радость. Как когда опускаешь лицо в кристально чистый ледяной родник, и свежесть воды одновременно причиняет боль разгоряченной коже и дарит ей немыслимое наслаждение.
Тиена вернула искорке улыбку и взглянула на Раду. Отчего-то в глазах ее загорелся озорной огонек.
— Полагаю, ты довольно упряма, Черный Ветер, именно поэтому у тебя никак не выходит расслабиться.
— Есть немного, — неохотно дернула плечом Рада, внезапно чувствуя всю глупость сложившейся ситуации, в которую она попала с крыльями.
Всего-то надо было лишь не упрямиться, но как это сделать? Разве можно управлять чем-то таким глубинным, тем, что лежит в самой основе ее самой? Ведь именно упрямство делало ее такой, какой она была. Кто станет ломать несущую балку дома, в котором живет?
— Позволишь мне дать тебе небольшой совет? — спросила Великая Царица.
— Это было бы очень кстати, честно говоря, — хмыкнула в ответ Рада.
— Извини, Светозарная, — Тиена взглянула на искорку со слегка смущенным видом, подступила поближе к Раде и склонилась к ее уху. От нее пахло свежеспиленной древесиной, словно все утро она строгала доски или работала с деревом. Тиена понизила голос. — Я сейчас скажу кое-что очень личное и заранее извиняюсь, что лезу не в свое дело, но это, и правда, может помочь.
— Я буду очень признательна, — отозвалась Рада, гадая, что же это может быть. Отчего-то слова Великой Царицы очень заинтриговали ее. Та вдруг тоже принялась перетаптываться на месте, негромко кашлянула, прочищая горло, но все-таки заговорила:
— Обычно, когда Жрицы предлагают тебе расслабиться и принять крылья, в качестве примера они приводят момент слияния с другой женщиной и советуют отдаться крыльям так, как отдаешься ей. — Голос Тиены слегка охрип, да и Рада ощутила, как вновь алым маком вспыхивают ее щеки. Говорить об этом до сих пор было страшно и очень непривычно. — Но этот способ работает не одинаково для всех. Во всяком случае, для тех, кому сложно открывать крылья, он не работает. Полагаю, это из-за проблем с золотым эхом и невозможностью довериться человеку полностью.
— Прости, первая первых, но я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, — едва слышно прошептала в ответ Рада. Тиена стояла рядом с ней, склонившись к ее плечу, и со стороны совершенно точно все выглядело именно так, как и было: они с Великой Царицей анай шептались о чем-то. Рада обежала глазами окружающих анай, искорку, что застыла в нескольких шагах от них, тревожно глядя на Раду и переживая за то, что у нее не получается с крыльями. Если Рада правильно догадывалась о сути того, что ей сейчас пыталась сказать Тиена, то это был самый лучший способ узнать и о том, что ее давно беспокоило, но о чем она все не решалась спросить Торн, Лэйк или еще кого-нибудь. Набравшись храбрости, Рада резко выдохнула и едва слышно выпалила: — Но если ты про тот момент, когда две женщины делят одно ложе, то у меня здесь очень много вопросов на самом-то деле. И мне бы очень не помешал твой совет.
Великая Царица отстранилась и удивленно вскинула брови, глядя на Раду. На лице ее отражалось такое неподдельное удивление, что Рада вмиг пожалела о том, что завела этот разговор. Бросив страдальческий взгляд на искорку, она опустила голову, просто не зная, куда себя деть.
— Я, наверное, пойду, перекушу чего-нибудь, — негромко проговорила искорка, и голос ее звучал ободряюще. Рада с надеждой вскинула голову и поймала ее твердый взгляд, полный любви и поддержки. — Со вчерашнего дня и маковой росинки во рту не было. Разреши удалиться, первая первых.
