Рада открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Земля под щекой чувствовалась теплой, но затылок холодил ветер, и спина неприятно замерзла. Во всем теле был какой-то странный звон, отзвук, словно она сама была колоколом, по которому кто-то отчаянно бил здоровенной колотушкой, и теперь звук медленно-медленно отступал прочь, не желая покидать ее основы.
Она поморгала, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь. Ощущение было странным: пустота разливалась в черепной коробке, и там, за ней, было что-то смутное, что казалось очень важным. Рада сосредоточилась, пытаясь вытянуть это из своей памяти, и связь моментально разорвалась, лопнув, будто туго натянутая нитка. Теперь непреодолимый барьер ограждал ее от того важного, что случилось, и от этого было неуютно.
Расслабившись, Рада прогнала все мысли и прикрыла глаза, чтобы ничто не мешало ей. То важное не желало вновь возвращаться в голову, но зато вернулось другое. Долгая дорога через кипящее пекло гейзеров, ночная тьма, обрушившаяся на них, препятствие, которого она не видела, но которое нужно было пересечь, отчаяние друзей. С этого момента и начиналось что-то важное. Рада вновь попыталась вспомнить, но никак не могла. Воспоминания ускользали, словно она пыталась ловить руками дым. Она помнила лишь свет, ослепительный свет и ничего больше.
Вздохнув, она открыла глаза и огляделась. Да, все верно, она лежала на пересохшей растрескавшейся земле, и за ее спиной разгорались первые слабые лучи встающего из-за горизонта солнца. Тело чувствовалось отдохнувшим и полным сил, и Рада легко оттолкнулась от земли, села, потирая слегка ноющую голову. Ощущение было странным: словно кто-то долго бил ее по виску тупым предметом.
Впереди возвышались неуютно-стылые холмы, в низинах между которыми кое-где лежал снег. Рада нахмурилась, оборачиваясь. Земля Огня осталась за ее спиной, и сквозь марево над ней проглядывал красный зрачок солнца. Выходит, мы прошли третью преграду? Но как? Этого она вспомнить не могла.
Рядом послышался какой-то звук, и Рада обернулась. Зашевелилась Лиара, лежащая совсем рядом с ней на земле. Сейчас искорка показалась ей такой маленькой под этим громадным плащом, который выдал ей Алеор, а на память пришло то, с каким трудом она ковыляла вчера по камням через долину гейзеров, как цеплялась за Раду, едва не падая от усталости. Сердце сжалось от боли и тревоги за нее, и Рада осторожно тронула ее за плечо.
Верхняя часть лица Лиары была закопченной и темной, а нижняя, там, где рот и нос закрывала повязка, чище и светлее. Рада предполагала, что и сама она выглядит не лучше, если не сказать большего. Глаза Лиары открылись, и на Раду из них взглянуло волнующееся штормовое море, полное брызг, на дне которого тонули серебристые звезды.
— Вот и ты, искорка! — Рада ощутила, как сердце наполняется нежностью. — Как ты себя чувствуешь? С тобой все хорошо?
— Да? — как-то полувопросительно пробормотала Лиара, глядя сквозь нее в пространство и хмуря брови. Потом увереннее добавила: — Да. А ты? Как ты?
— Вроде цела, — пожала плечами Рада, — только не помню ровным счетом ничего.
— И я не помню, — Лиара еще больше нахмурилась, потирая лоб. — Но было же что-то. Вчера что-то случилось…
— Я помню только, как мы уперлись в непроходимую преграду, но было так темно, что я даже не поняла, что это, — Рада поскребла в затылке и обернулась. Неподалеку от них распластались на земле друзья. Бечева, которой они связались вчера, чтобы не потеряться в темноте, до сих пор соединяла их. Кое-кто из спутников начал шевелиться и бормотать, приходя в себя. Кай первым приподнялся на своих каменных руках над землей и теперь мотал головой, словно оглушенный. — Может, кто из них чего помнит?
— Нет, — в голосе Лиары было примерно поровну уверенности и удивления, она вскинула глаза и пронзительно взглянула на Раду. — Вспомнить должны мы с тобой. Кажется, это сделала ты.
— Что сделала? — заморгала Рада, глядя на нее. Внутри нее что-то легонько зазвенело колокольчиками на ветру, но она никак не могла ухватить ответ.
— Перенесла нас сюда, — все так же медленно проговорила Лиара. — Сделала так, что мы пересекли то сернистое озеро. Только я не помню почти ничего. Лишь свет.
— Тогда откуда ты знаешь, что это сделала я? — вздернула бровь Рада, недоуменно разглядывая ее.
— Знаю, — твердо кивнула искорка. — А раз так, то ты должна вспомнить, что ты сделала. Именно ты должна вспомнить, и никто другой.
— Но как мне это сделать? — развела руками Рада. Она в толк не могла взять, каким образом извлечь из памяти то, что просто ушло оттуда. — Я же не могу взять свою голову и вытрясти это оттуда, как из ведра?
— Нет, — согласилась Лиара. — Но ты можешь нащупать внутри себя это воспоминание. Я так вспоминала свое прошлое, когда попала в Иллидар. Затихни, прекрати думать, прогони все, стань своей памятью, и она вернется.
Несколько секунд Рада смотрела на нее, не совсем понимая, шутит она или нет, и со вздохом покачала головой.
