Он был очень слаб, но жив. Грудь вздымалась, а черты лица остались такими же красивыми. Правда, кровоизлияние в мозг повлияло на его внешность, подарив шрам на черепе как память о пройденном испытании.
Глядя на него, я поняла, сколько всего ему еще предстоит пройти. Папа должен заново научиться ходить и работать руками. Это будет сложно для всех нас. Мне стало грустно, но я знала, что он справится.
Я обратила внимание на маму. Она лишь вяло улыбнулась, разглядывая его худое лицо. Думаю, она чувствовала себя так же, как я. Ее губы прошептали его имя.
Все это время отец изучал нас. Он просто не мог отвести от нас глаз, как и мы от него.
– Девочки мои, – услышали мы.
Я даже представить не могла, сколько сил ушло на то, чтобы это сказать.
Мы присели рядом с койкой на скрипучие стулья, но не могли начать говорить. Просто молча смотрели на него.
Тогда папа попытался пошевелить рукой:
– Джуни, – прохрипел он.
Я поняла, что он хочет взять меня за руку, поэтому дотронулась до его бледных пальцев. Его кожа оказалась очень холодной. Тем временем мама положила ладонь на его предплечье, слегка поглаживая.
– Привет, пап, – произнесла я и постаралась сдержать слезы, поскольку осознала, насколько сильно по нему соскучилась.
Мы и не заметили, как просидели несколько минут в абсолютной тишине, привыкая друг к другу.
В первую встречу я не получила информации, так как мы были слишком заняты эмоциями. Все вопросы о Дженнифер моментально улетучились из головы, как только я дотронулась до руки отца.
На следующей встрече я читала папе Шекспира. Он сам меня попросил, но в итоге заснул, а мы не стали его будить, ведь ему нужно отдыхать.
А вот на третий визит…
Мы, как и в первый раз, сидели на стульях возле его постели.
– Алан, – проговорила мама, поглаживая руку отца, – кажется, пришло время рассказать Джун правду.
– А… Амелия… – выдохнул он, как будто желая ее остановить.
– Она обо всем узнала, – виновато сказала мама.
Затем папа посмотрел на меня и едва заметно усмехнулся.
– Я знал, – прохрипел он, – рано или поздно ты бы догадалась.
Ему стоило невероятных усилий произнести такое длинное предложение.
После мама повернулась ко мне, желая приступить к рассказу, поскольку папа пока был слишком слаб для того, чтобы вести длинные диалоги.
– Джун. – Она попробовала собраться с силами, чтобы начать. Ее голос дрожал от волнения. – Дженнифер – сестра твоего отца и… твоя биологическая мать.
Это прозвучало как удар грома. Вот и все. Мои предположения подтвердились, а привычная реальность распалась на тысячу осколков. Дженнифер Сандерс – моя биологическая мать. Я не знала, как реагировать на такое заявление, поэтому просто подняла глаза на папу, который смотрел на меня с сожалением и грустью.
– А твой отец…
– Генри, – ответила за нее я.
– Но как? – Мама в недоумении сдвинула брови.
– Я провела небольшое расследование, – пробормотала я, разглядывая помятую простынь. – Рылась в старых вещах и нашла открытку с адресом Дженнифер. Мы поехали туда с Тайлером, но узнали, что она мертва. А потом съездили на кладбище.
Мама в шоке уставилась на меня, сохраняя молчание. Она ведь доверяла мне, а я в одночасье разрушила это.
– Прости меня, мам, – грустно буркнула я. – Последнее время я много тебе врала.
Но она лишь взяла мою руку в свою и произнесла:
– Сейчас это уже не имеет значения.
Тогда я призналась во всем до конца:
– А потом мы поехали к бабушке и дедушке.
– Ты ездила к бабушке и дедушке? – удивилась она еще больше. – Теперь понятно, откуда тебе известно о Генри.
– Да, но они не понимали, почему я ничего не знаю о Дженнифер.
– Мы очень долго хранили эту тайну. – Теперь и мама начала изучать глазами посторонние предметы, подбирая нужные слова. Я чувствовала, с какой болью ей приходилось говорить об этом. Думаю, она так же стыдилась лжи, как и я.
– Дженнифер и Генри были, – подал голос папа, – хорошими людьми.
– Да, – тут же подтвердила мама, – мы вчетвером были очень дружны.
– Но что с ними произошло? – поинтересовалась я.
– Они ввязались в плохую историю, – с горечью выдохнула она, вспоминая происходящее.
– Я знаю, что она не окончила университет, – выдала я, надеясь, что так мама быстрее поймет, с чего начать.
– Да, – вяло кивнула она. – Дженнифер всегда была очень яркой и своевольной. Она влюбилась в парня по имени Генри Харрис. Их чувства были очень сильны.
Мама немного помолчала, изучая лицо папы, словно искала в нем поддержку.
– И решила сбежать вместе с ним, не сказав родителям, – продолжала она. – Джен считала, они ее не поймут. И поэтому сохранила связь только с нами.
Тем временем я глядела в пол и пыталась переварить сказанное. Почему-то трудно было смотреть на родителей. Не каждому человеку суждено узнать такое о себе.
Но мама говорила дальше:
– А потом они узнали, что у них появишься ты. – И обратила взор на меня.
Я заметила, что ее глаза уже были на мокром месте. А потом поняла, что и мои тоже.
– Они очень, – сказал папа, запинаясь, – любили тебя.
– Да, они были готовы на все ради тебя.
Я прослезилась, но поспешила стереть влагу рукавом кофты.