Мне было даже непривычно видеть маму с кружкой, а не с бокалом. Значит, ее состояние улучшилось; возможно, отец решил вести себя лучше, так как именно он был главным триггером для легкого алкоголизма мамы.
– Хорошо, – буркнул я, но перед мысленным взором по-прежнему стоял образ расстроенного Майкла, которому я никак не мог помочь. Что же делать? Но он сам больше не желал об этом говорить.
– Ты какой-то странный. – От ее проницательности мое настроение не ускользнуло. Она всегда хорошо читала людей. – Все точно в порядке?
– Да, в полном, – успокоил ее я. У меня-то и правда все было в порядке. Я переживал за друга, испытывая часть его эмоций. – Просто много всего навалилось.
Мама кивнула.
– Понимаю тебя, у нас с папой тоже свои завалы на работе. Если так подумать, все мы в своих собственных завалах.
Ох уж эта утренняя философия. Фраза мамы меня немного развеселила.
Вспомнив об отце, я невольно задался вопросом, который озвучивал всего один раз в далеком детстве:
– А как получилось, что вы сошлись с папой? Вы же такие разные. Он угрюмый и несносный, а ты совсем нет.
Да, мы с Джун тоже были разными, но у нас все равно находились точки соприкосновения. Это идеальный расклад.
Воспоминания заставили ее улыбнуться.
– Твой отец не всегда был таким, – защитила она его. – И мне кажется, сейчас он потихоньку становится прежним Оуэном, в которого я когда-то влюбилась.
– Как вы познакомились?
Я знал, что они встретились во время учебы в университете, поскольку находил старые фотографии, где они стояли в обнимку или целовались. Но самой истории не слышал или очень плохо помнил ее содержание.
– Знаешь, сейчас понимаю, что тогда все казалось таким сказочным, – начала она, рассматривая кружку. – Мы оба быстро шли по коридору, так как спешили на занятия, и столкнулись.
– Прямо как в кино? Он помог тебе собрать книги? – предположил я, наливая молоко в стакан.
– Нет, тогда мы поссорились и наговорили друг другу кучу гадостей. – Мама продолжала мило улыбаться. – Но потом встретились еще раз, но уже на дебатах.
– На дебатах?
– Да, на игровых дебатах. – Вдруг она посмотрела на меня. – Он очень активно защищал свои позиции. Даже агрессивно, я бы сказала.
– Кажется, ничего хорошего пока не произошло, – сделал вывод я.
– После дебатов все пошли перекусывать, и тогда Оуэн подошел ко мне и сказал… – И мама принялась вспоминать точный порядок слов, попутно смеясь: – «Ты выглядишь невероятно, когда пытаешься надрать мне задницу».
Неужели мой отец мог сказать такое? Похоже, в университете он от меня не слишком отличался.
В любом случае история родителей вызвала во мне позитивные эмоции.
– И это сработало?
– Хм, – помедлила она, – после этого он пригласил меня на свидание. Оуэн привел меня на холм, где нас ждал пикник под звездным небом.
Казалось, мама рассказывала историю про абсолютно другого человека. Отец, которого я знал, никак не вязался с этим образом наглого романтика. Неудивительно, что в то время мама обратила на него внимание. Видимо, с возрастом романтический флер изрядно истончился.
– Да, я бы тоже удивился, – прокомментировал я.
– И он всегда ухмылялся, – она медленно провела рукой по моей щеке, – прямо как ты. – Убрав руку, мама вновь прижала ее к кружке. – Понимаю, у нас сейчас не все гладко, и ты пытаешься максимально отделиться от него, но постарайся его понять.
За этими словами повисла тишина. Прошло немного времени, и мама оставила меня одного на кухне, удалившись наверх. Она знала, что я люблю есть в одиночестве. Я же облокотился на столешницу и задумался. В тот момент я понял одну простую вещь: не хочу потерять себя, когда стану взрослым.
Мы снова сидели в столовой. Каждый занимался своим любимым делом. Мы с Джун молча ели, Итан с Линдси о чем-то ворковали, а Майкл вновь ловил виноградины ртом.
Признание заставило меня взглянуть на него по-другому. Я даже стал замечать, как он периодически поглядывал на блондинку. Майкл и раньше это делал, но теперь я мог разглядеть смешанную с любовью грусть в его глазах.
Вдруг Джун резко оборвала все зрительные контакты лишь одним предложением:
– Ребята, думаю, нам нужно разобраться с надписью на этих выходных.
Ее внезапная инициатива вызвала подозрения. Возможно, она что-то задумала. Или Сандерсам уже надоело любоваться моим огромным творчеством?
Ответ от Майкла последовал незамедлительно. Он громко промычал и закатил глаза в своем стиле.
Мы все уставились на девушку, ожидая дальнейших слов.
– Дела нужно заканчивать.
И соседка посчитала это достаточным аргументом? Ну ладно.
– Джун права, – быстро поддакнул я, так как одному мне это доделывать тоже не особо хотелось.
– Что ж, ладно, – согласилась Линдси, а Итан кивнул ее словам.
На Майкла я и не рассчитывал. Ему будет неприятно смотреть, как они веселятся.
– Чувствую, – покосился на меня друг, – на этот раз у меня не получится отмазаться фестивалем, да?
– Мы тебя не заставляем, – спокойно сказал я. Просто хотел дать ему возможность ретироваться.
– Но мы были бы рады твоей помощи, – добавил Итан, по-доброму улыбаясь.