– Очень надеюсь.
– Если не можешь сказать наверняка, то придется использовать тебя как подопытного кролика, – пошутила я.
– Джун, ты беспощадна, – заявил Хэйс. – Заставляешь своего будущего любимого парня пить это странное красное пойло!
– Да, я очень жестока, – скучающе ответила я. – Привыкай, будущий парень.
– Давай это сюда.
Я недоуменно на него посмотрела. Но мне не хотелось его останавливать, поэтому я засмеялась и разлила напиток по стаканам.
Мы чокнулись, и сосед быстро отхлебнул. Не увидев скривившегося лица и не услышав ругательств, я решила, что все в порядке. Парень подтвердил мою мысль поднятым вверх большим пальцем.
Особо не раздумывая, я сделала глоток, но чуть не умерла – алкоголь обжег горло.
– Какой ужас! – скривилась я от мерзкого привкуса. – Это что, подкрашенная водка?
Тайлер прыснул, даже не скрывая злого умысла:
– Извини.
– Какой же ты дурак! – Я надула губы и сложила руки на груди, изображая обиду.
– Прости, – невинно хихикал он, – но это было очень забавно!
– Ладно, пойду на поиски туалета. – Мне захотелось ополоснуть лицо, поскольку становилось жарковато. Мысленно решила, что больше не притронусь к подозрительным напиткам на тусовках и не буду верить Хэйсу в этом плане. – А ты найди что-нибудь, что не убьет меня изнутри.
– Будет сделано! – отчеканил Тайлер и отправился на поиски чего-нибудь безобидного.
Пройдя мимо громко смеющихся девочек, я поднялась по витиеватой черной лестнице и принялась искать глазами туалет, но находила лишь вездесущих целующихся подростков.
Затем пробежала мимо приоткрытой двери, но чей-то всхлип остановил меня. Подойдя поближе, я увидела Шэрон Мэтьюз не в самом лучшем виде. Девушка привалилась спиной к кровати и тихо плакала. Я уже собиралась уйти, но совесть не дала этого сделать.
«Она обижала меня и моих друзей. Меня не должно интересовать, что с ней», – убеждала себя я.
– Черт! – фыркнула себе под нос и тихо зашла в комнату, прикрыв за собой дверь.
Внутри все выглядело роскошно и стильно: кожаные кресла перед игровой приставкой, большущая кровать и прочая дорогая мебель. Похоже, эта комната принадлежала Филу, судя по всяким наградам за спорт, тетрадкам, письменным принадлежностям и разбросанным шмоткам. Мальчики вообще умеют жить опрятно?
– Шэрон? – тихо произнесла я.
Она подняла на меня заплаканные глаза. Смешанная со слезами тушь оставила на щеках черные полосы, губы распухли, а волосы спутались в ком. Девушка сидела в крошечной бледно-розовой клетчатой юбке и однотонной серой майке, лямка которой сползла с левого плеча, а ее длинные кожаные сапоги валялись где-то в углу. Ну прямо Кортни Лав в юности.
К моему удивлению, она не стала огрызаться, а просто опустила глаза к полу и принялась изучать свою наманикюренную руку, в которой держала пластиковый стакан. Такой видок никого равнодушным не оставит, даже если это Шэрон Мэтьюз. Я присела на пол рядом с ней, а блондинка по-прежнему не смотрела на меня.
– Я хочу побыть одна, уходи, – вяло буркнула Шэрон.
– Ты была здесь одна до этого. И как, помогло? – улыбнулась я, попробовав разрядить атмосферу.
Но не особо получилось. Она оставила попытки отогнать меня, но общаться явно не желала.
– Подожди, кажется, у меня были платки. – И я начала шарить в сумке. Найдя пачку бумажных платочков, пахнущих персиком, протянула ей: – Держи.
Девушка посмотрела на платки, немного помедлила, но в итоге взяла один.
– Что случилось? – Я решила залезть в ее проблемы. Знала ведь, что пожалею об этом, но совесть уже распорядилась.
– Да ничего. – Шэрон старалась смотреть куда угодно, но не на меня. – Просто осознала, что я долбаный кусок дерьма. Родители меня ненавидят. Те, кого я считала друзьями, называют меня за спиной стервой, и с Джейсоном у меня очевидные проблемы, хотя я даже не люблю его. Я, мать его, долбаный никому не нужный кусок дерьма! – Она взбунтовалась и резко откинула стакан в сторону.
– Шэрон, – я силилась подобрать правильные слова, боясь ляпнуть что-то не то, – во-первых, ты не кусок дерьма, а во-вторых, осознание проблемы – уже половина ее решения.
Затем бережно положила руку на ее холодное плечо, напоминая, что она не одна и может высказаться, если захочет.
И тогда блондинка впервые осмелилась посмотреть мне в глаза.
– Неудивительно, что она выбрала тебя.
– Ты о ком?
– О Линдси.
– А при чем здесь она?
– Мы ведь с ней дружили. – В ее глазах проявилась еще бо́льшая тоска. – Еще до того, как ты пришла в нашу школу.
– Я не знала об этом.
Если честно, сложно представить, что эти двое когда-то были подругами. Да, они обе красотки и блондинки, но на этом сходство Шэрон и Линдси заканчивается.
– Конечно не знала. Зачем рассказывать такой позорный факт своей биографии? – Она громко шмыгнула носом.
– А почему вы перестали дружить?
Шэрон могла бы послать меня куда подальше, но вместо этого решила открыться.