После такого путешествия человеку необходимо согреться и поесть. К счастью, героя рассказа ждали с нетерпением и встречали радушно. А «человеку, в сущности, очень немного нужно. И прежде всего ему нужен огонь». И вот герой уже греется у огня: «Сидел скорчившись, сидел в одних носках, и не где-нибудь в кабинете, а сидел в кухне и, как огнепоклонник, вдохновенно и страстно тянулся к пылающим в плите березовым поленьям. На левой руке у меня стояла перевернутая дном кверху кадушка, и на ней лежали мои ботинки, рядом с ними ободранный, голокожий петух с окровавленной шеей, рядом с петухом его разноцветные перья грудой. Дело в том, что еще в состоянии окоченения я успел произвести целый ряд действий, которых потребовала сама жизнь. Востроносая Аксинья, жена Егорыча, была утверждена мною в должности моей кухарки. Вследствие этого и погиб под ее руками петух. Его я должен был съесть».
Почему именно петух? Потому что курицы еще пригодятся, они несут яйца, а из петуха можно приготовить ужин для дорогого гостя. И если готовить этот ужин в русской печи, то петуха, скорее всего, сварили в горшке. Петухи обычно не такие жирные, как курицы, и из них получается превосходный бульон, который можно заправить, к примеру, домашней лапшой или кашицей. Конечно, Аксинья, скорее всего, в жизни не читала ни одной поваренной книги и готовить научилась у матери, а та – у своей матери, и так далее. Если у вас была деревенская бабушка, вы, вероятно, знаете секреты деревенской кухни.
Для тех же, у кого такой бабушки не было, традиционные русские рецепты сохранил, к примеру, Василий Алексеевич Левшин, один из первых русских этнографов, издавший в 1816 году книгу «Русская поварня. Наставление о приготовлении всякого рода настоящих русских кушаний и о заготовлении впрок разных припасов». Едва ли с той поры рецепты в русской деревне сильно изменились.
Замесить из хорошей пшеничной муки крутое тесто на яичных желтках, раскатать оное скалкою сколько возможно тонким листом и, натерев мукою, свернуть в трубку; после чего крошить ножом, с конца трубки начиная, и отрезывать полоски почти в толщину бумажного листа. Курицу приставить вариться в воде целую, сложив и не отнимая папоротков[25], или разняв на части с кореньями и зеленью. Когда курица сварится, выложить оную; отвар процедить и перед тем, как отпускать на стол, положить в него накрошенную лапшу, приварить и посылать с курицею.
Или…
Курицу разнять в части, приставить вариться в воде, с прибавкою ветчины, нарезанной жеребейками[26], и с немногою долею луку крошеного. Когда курица сварится почти, засыпать гречневыми крупами и доварить. Дóлжно остерегаться, клавши крупы, чтобы не перегустить и из кашицы не сделать размазню.
В день рождения доктора на столе появляются разведенный медицинский спирт и «уездные шпроты» – видимо, речь идет о консервах, купленных в уездном городе и попавших туда с далекого побережья Балтийского моря. Как удалось их довезти?
Еще в 1795 году француз Николя Аппер, изучив труды итальянского микробиолога Лаццаро Спаллацини, придумал технологию консервирования.
