Наконец, дождавшись когда все присутствующие с комфортом расположились на своих местах, фюрер улыбнулся и сделал приглашающий жест начальнику Генерального штаба:
— Здравствуйте, господа! Предлагаю для начала заслушать краткий доклад генерал-лейтенанта Гальдера по обстановке сложившейся в районе Дюнкерка, а потом услышать ваши мнения. Начинайте, генерал, мы вас внимательно слушаем!
Франц Гальдер, заслуженный военный, служивший ещё со времён монархии, встал и подошёл к большой карте северной Франции, закреплённой на специальной стойке. Гитлер продолжал приветливо улыбаться, хотя внутри него клокотала ярость.
Благодаря своему бывшему охраннику Шольке фюрер знал сколько много сделал Гальдер для того чтобы устроить против него заговор. Да ещё и не один. Он и Вицлебен являлись одними из главных действующих фигур в этом грязном деле. Генерал Эрвин фон Вицлебен, бывший командующий 2-й группой армий на франко-германской границе был снят с должности, арестован и, после интенсивного допроса с пристрастием, удавлен на рояльной струне по соседству с Вильгельмом Канарисом. Но перед этим тот подробно рассказал о своих связях и совместных планах с Гальдером в отношении участи самого фюрера. Гитлер лично приказал не трогать генерал-лейтенанта, хоть это и далось ему с большим трудом. Гальдер в это время активно разрабатывал план «Удар серпом» и его ум был крайне необходим для успеха вторжения. Естественно, всё это только временно. Как только в нём отпадёт надобность или же на генеральском небосклоне появится новая звезда его уровня, не замешанная в заговорах, Франц отправится на свидание с той же струной, терпеливо дожидающейся. Предательство никогда не прощается и никакие причины для него уважительными не являются!
Сверкая очками генерал-лейтенант взял указку и начал доклад:
— Мой фюрер, наиболее опасная ситуация сейчас сложилась к югу от Арраса. Вчера днём англичане, силами одного пехотного полка и двух танковых батальонов, на вооружении которых находятся новые танки «Матильда», начали наступление на позиции 4-го армейского корпуса. В основном, удар пришёлся на 7-ю танковую дивизию генерала Эрвина Роммеля. Благодаря внезапности и временному перевесу сил на данном участке британцы смогли продвинуться к югу и серьёзно нарушить коммуникации и пути снабжения танковой группировки генералов Клейста и Гота, продвигающейся в сторону портов Ла-Манша. Из-за того что наши противотанковые орудия оказались бессильны против вражеских танков генералу Роммелю пришлось пойти на крайние меры и поставить на прямую наводку тяжёлые зенитные орудия. К счастью, недалеко от места прорыва как раз оказался дивизион этих орудий и дивизия смогла удержать позиции против десятков английских танков. Им активно помогала наша штурмовая авиация. По докладам с мест противник проявил высокий боевой дух и был весьма близок к победе.
Гальдер на несколько секунд замолчал, глядя на них, но все смотрели на него и генерал продолжил:
— Вчера вечером враг, на этот раз французы, нанёс ещё один удар, направление юго-запад и запад. Две французские дивизии попытались сделать то же самое что и англичане, но на другом участке. По показаниям пленных эти удары должны были быть одновременными но из-за плохой связи приказ о начале наступлении дошёл только до части французских войск. Иначе последствия для нас могли быть куда хуже. Благодаря скверной координации часть вражеской группировки перепутала местность, атаки оказались разрозненными и слабыми. К тому же на них навели штурмовики, успевшие к тому времени заправиться горючим и боеприпасами после первого удара. Итог — несмотря на превосходство в технике и внезапность противник не смог воспользоваться этими факторами и потерпел поражение, хотя имел неплохие шансы обрубить все тылы группы армий «А» и поставить генерал-полковника Герда фон Рундштедта в очень сложное положение. Буквально час назад пришло сообщение что танкисты генерала Клейста заняли город Булонь и готовятся наступать на Кале. Мой фюрер, генерал-лейтенант Гальдер доклад закончил! — вытянулся он по швам.
— Хорошо, генерал, с этим всё понятно… — кивнул Гитлер, подумав что эта свинья всё-таки неплохо разбирается в штабной работе. — Теперь ещё раз сообщите всем присутствующим здесь свои соображения по этому поводу, а также мнение генерал-полковника фон Рундштедта.
— Слушаюсь! — ответил начальник Генерального штаба и снова заговорил: — Командующий группой армий «А», генерал-полковник фон Рундштедт, настоятельно рекомендует приостановить наступление танковых частей на два-три дня. Причин этому несколько.
