— Так точно, оберштурмфюрер… Я не понял куда в нас попали но Ульриху почти оторвало голову а меня словно молотком по бедру ударили. Я заглянул вниз а он сидит и молчит, а вместо головы… — парень сглотнул и с трудом продолжил: — Там каша и кровью всё забрызгано. Всё искрит, ветошь внизу дымит и рваная дырка в броне возле его… в общем, там где у него была голова. Я испугался и сам не помню как выскочил… Оберштурмфюрер, клянусь, он был уже мёртв иначе я бы его вытащил! Мы с ним с Польши служили… — закончил он удручённым тоном.
— Всё в порядке, Альфред! — похлопал его по плечу Гюнтер. — Ты всё сделал правильно. Сейчас езжай в госпиталь и побыстрее выздоравливай! Ты мне нужен, Рауберг! Понял? Нам всем нужен! Правда, бойцы? — обратился он к окружающим его подчинённым.
— Конечно, командир!..
— Без него мы никуда!..
— Поскорее возвращайся, Альфи! Ты мне тридцать рейхсмарок должен! — крикнул кто-то из-за его спины.
Вокруг все весело захохотали, разрядив напряжение после короткой стычки. Сопровождаемый пожеланиями и добрыми напутствиями Рауберг с трудом залез в коляску мотоцикла и тот, грохоча мотором, унёс его по направлению в госпиталь, тащившийся сейчас где-то позади. Шольке мельком позавидовал ему ведь тот совсем скоро встретится с его Лаурой…
— Ну что, Гюнтер, похоже нам с тобой придётся тут немного задержаться? — раздался знакомый голос из-за его спины.
Он обернулся и тут же сбил с головы Пауля его фуражку, которая улетела на пыльную обочину.
— Это тебе за то что меня пародировал в Зволле, дружище! — ухмыльнулся Гюнтер, довольный собой. Всё-таки вырвать из-под носа противника почти всех своих людей, потеряв лишь одного, очень хороший результат. Могло быть намного хуже.
— Вот ты злопамятный! — деланно возмутился Пауль, поднимая и отряхивая свою фуражку. — Нельзя уж пошутить немного…
Они крепко обнялись и одновременно посмотрели назад, на запад, где постепенно затихал артобстрел. Голландцы потеряли их из виду и прекратили огонь, наглядно дав понять эсэсовцам что развлекательная прогулка по их земле закончилась.
— Как думаешь, это надолго? — спросил Хофбауэр.
— Нет, Пауль, думаю уже завтра или послезавтра мы прорвём эту линию и покатим дальше! — ответил Гюнтер, примерно зная даты завоевания Голландии. — Сейчас Папа подтянет нашу артиллерию, Вермахт тоже поможет, орлы Люфтваффе проштурмуют сверху и всё… Те кто выживут — поднимут руки или помчатся на запад, обосравшись от страха.
— Хорошо бы… — кивнул друг. — Наш командир роты Виш горит желанием первым ворваться в Амстердам и получить Железный Крест. А тот командир взвода из его роты который сделает это раньше всех… его он обещает представить к новому званию и похлопотать перед Зеппом. Вот так, Гюнтер! Если повезёт я тоже стану оберштурмфюрером, как и ты! — усмехнулся он, лукаво глядя на Шольке.
— Я буду только рад за тебя, Пауль! — тепло улыбнулся Гюнтер. — Главное, не дай себя убить, дружище! Ты же знаешь, мы с тобой лучшие друзья и я не хочу смотреть на твою могилу…
— То же самое я скажу и о тебе! — подмигнул Хофбауэр. — О смотри, штурмбаннфюрер Кейльхаус приехал! — тихо сказал он, указывая на адъютанта штаба полка, который вышел из «Кюбельвагена». Тут же к нему направились командир 1-го батальона Кольрозер и командир танкистов Красс.
Гюнтер сразу подумал что и он, как командир разведки, обязан подойти и лично доложить представителю штаба. Поэтому, наскоро распрощавшись с Паулем который направился к своему взводу, Шольке одёрнул форму, поправил фуражку и направился к группе офицеров СС.
— Оберштурмфюрер, доложите о силах и расположении противника! — доброжелательно сказал Кейльхаус, по слухам, весьма образованный и интеллигентный человек.
Гюнтер сжато но по существу доложил о своих наблюдениях, отметив что дорога впереди, скорее всего, заминирована и без поддержки с воздуха, а также артиллерии, любая попытка прорвать оборону голландцев обернётся большими потерями без шансов на успех.
— Именно поэтому к вам сейчас направляется рота тяжёлого оружия! — подхватил его мысль штабной адъютант. — У них на вооружении, как вы наверное, знаете, 15-сm орудия, так что вряд ли противник сможет надолго нас здесь задержать. О поддержке с воздуха мы тоже позаботились так что, господа офицеры, предлагаю вам немного отдохнуть и подготовиться к атаке. Если успеем то она начнётся сегодня, если же нет то завтра на рассвете. Вольно, разойдись!
Гюнтер, чётко развернувшись и отдав приветствие, отправился обратно к своим, уже издали заметив как к нему направляются Брайтшнайдер вместе с Ковальски. Что ж, раз выдалась небольшая передышка то неплохо и перекусить. Интересно, чем сегодня их порадует отрядный шпис?..
Берлин.
12 мая 1940 года.
Аннелиза Хаммерштайн.
— Дорогая, посмотри какая милая шубка! — восхищённо воскликнула она, не в силах оторвать взгляд от великолепного мехового изделия которое буквально манило к себе.
