На пару секунд настала полная тишина, вся остальная шестёрка подростков тупо пялилась на него и своего главаря, не веря своим глазам. Неудивительно, такое не с каждым бывает… Сидит себе компания друзей, никого не трогает, подходит какой-то совершенно посторонний мужик и, ни слова не говоря, разбивает главному подростку нос. Чтобы осознать ситуацию и принять мгновенное, нужное решение требуется какое-то время, а вот его им как раз Александр давать был не намерен. Конечно, даже налети они вшестером на него то всё равно не победят, но зачем усложнять? Да и ножом могут постараться в пылу схватки пырнуть. Нет, незачем рисковать понапрасну. И он продолжил…
Рывок вперёд, к крайнему подростку, снова удар ногой в грудь и зависший от неожиданности малолетка с хрипом опрокидывается назад, падая со спинки скамьи на землю. Ещё секунда и Саша очутился вплотную к сидящим подонкам. Удар кулаком! Ещё один! Снова ногой!.. Очнулся и попытался как-то сопротивляться лишь последний. Спрыгнув со скамьи он рванулся в сторону, пытаясь спастись от бешеного мужика, который со зловещим молчанием просто избивал их без всякой жалости. И у него был шанс уйти, Александр не успел дотянуться до шустрого поляка. Но тут на глаза Саше попалась одна из пустых бутылок… И через пару секунд она, кувыркаясь в воздухе, полетела вдогонку за беглецом. Догнала, ударила донышком в спину, и заставила его свалиться на землю. Подвывая от боли и страха подросток извивался на грязной земле, пытаясь дотянуться до места удара. Страйк, пусть и не с первого броска…
Быстрыми ударами он снова заставил всех семерых прижаться к земле, не мешая стонать и грязно материться. Угрозы его не пугали, вызвав лишь злую улыбку. Ярость, выплеснувшись через избиение малолетних сволочей, почти утихла, довольно ворочаясь внутри. Что ж, первая часть плана выполнена, теперь можно и поговорить…
— Здравствуйте, панове… — начал он на корявом польском, будучи не уверен что его русский язык подростки смогут понять. — Слушайте меня очень внимательно! Кто не услышит и не последует моему совету… что ж, это только его проблемы! Первое! Вы больше никогда не станете унижать и издеваться над учительницей русского языка и литературы Ириной Точилиной. Вернёте девушке деньги, извинитесь за все неприятности, которые ей пришлось из-за вас перенести, и передайте другим чтобы тоже слушались учительницу. Или я и с ними поговорю. Второе! Вы больше никогда не станете при ней хулить товарища Сталина, СССР и его граждан! Если я узнаю что вы нарушили первый или второй пункт… а я точно узнаю, можете мне поверить… то что сейчас с вами произошло покажется детскими щелбанами. Я сломаю вам руки, ноги, выбью зубы, вырву языки, и сделаю ещё много что интересного с вашими малюсенькими отростками, которыми зачем-то наивно гордитесь. Вы — самое настоящее быдло! И обращаюсь я с вами так как положено это делать с быдлом по жизни. Что ещё? Ах да, у вас же наверняка есть отцы или старшие братья с друзьями, верно? Которые наверняка захотят меня найти и отомстить за своих щенков? Ну что ж, пусть попробуют, так им и передайте. Заодно посоветуйте и завещание им написать. Потому что сколько бы их не было я убью каждого из них. А потом и вас самих, понятно? Я ведь не один такой, нас много. И напоследок, пшеки поганые… Если не дай Бог кто-то из вас снова захочет полапать свою учительницу русского языка и литературы… Очень не советую, потому что об этом я тоже узнаю. И прежде чем вырвать ваши писюны я найду ваших подружек, сестёр или мамочек и сделаю с ними то же самое что вы сделали со своей учительницей. Как думаете, им понравится? — ухмыльнулся он, чувствуя как ярость снова начинает подниматься внутри, медленно но верно. — Надеюсь, вы меня поняли?
Ответом ему снова раздались угрозы и ругань, правда уже всего от двух подростков, в том числе и главаря, видимо, самых смелых или глупых. Саша укоризненно покачал головой, подошёл к ним и двумя сильными ударами ног выбил из них сознание. Оглядел живописную картину самоуверенных малолетних дебилов, почему-то думающих что им ничего за свои «шалости» не будет, и добавил:
— Я вас предупредил, подонки. Решать что делать теперь вам. А я посмотрю как вы усвоили мои слова. Но скажу сразу… Следующая наша встреча будет последней! Естественно, для вас. Пока, щенки!
И, больше не задерживаясь в этом мрачном месте, украшенном живописно разбросанными телами семерых подростков, развернулся и ушёл. Мысленно переключившись на другие дела Саша отправился в ближайший цветочный магазин. Хочется порадовать Матильду Витольдовну, пусть и без повода. Её крепость уже трещит и осыпается, надо подтолкнуть этот приятный процесс… Скоро стены рухнут и она упадёт прямо в его объятия! Эх, скорее бы!
Окрестности г. Клайберен, южнее Берлина.
28 мая 1940 года. В то же время.
Хайнц Гротте.
