Гюнтер открыл глаза и посмотрел на Рауха. Тот, скинув со спины баллон, расположился в углу. Сел на пол, уткнулся лицом в колени, обхватил их руками и опустил голову словно заснул. Чёртов любитель сосисок, так всех подставить! Подавив поднимающееся раздражение против огнемётчика Шольке перевёл взгляд на Бруно и Эриха, которые стояли возле окна и тихо разговаривали.
— Брайтшнайдер, Ханке, подойдите ко мне… — хрипло сказал Гюнтер, чувствуя неприятную сухость во рту. — Надо поговорить.
Оба прервали разговор и подошли к нему, кинув непонятный взгляд на сидевшего в углу Рауха.
— Ну и что мы будем делать с этим…? — мотнул головой оберштурмфюрер в сторону огнемётчика. — Если строго по закону то ему грозит трибунал. И я склоняюсь к тому чтобы отдать его военной полиции… — добавил он, наполовину покривив душой.
Гауптшарфюрер с бевербером переглянулись, словно спрашивая друг друга кто начнёт первый, и Бруно кивнул мальчишке. Тот глубоко вздохнул, снова посмотрел на роттенфюрера, и заговорил:
— Командир… я считаю что его не надо отдавать под трибунал! — и, в ответ на чуть нахмуренные брови Шольке, сбивчиво пояснил: — Он же хороший солдат, верно? Да, сейчас Раух… в общем, неправильно поступил… сорвался! Но он же брата потерял! Того с кем с детства вместе рос! Я помню как Ади рассказывал как они вдвоём…
— Стоп! — Гюнтер поднял руку, пресекая дальнейшее словоблудие Эриха в пользу огнемётчика. — Если кратко — я тебя понял! Теперь слушай приказ — выйди из квартиры, стой в коридоре и никого пока сюда не впускай! Выполнять!
Тот заколебался было, метнул взгляд на безмолвно молчащих Брайтшнайдера и самого виновника событий но, закинув пистолет-пулемёт на плечо, пошёл к выходу. Когда его шаги стихли Шольке повернул голову к своему заместителю и негромко сказал:
— Почти уверен, Бруно, что ты придерживаешься того же мнения. Я прав?
Крепкий гауптшарфюрер, глядя ему прямо в глаза, уверенно кивнул. Ну да, братство СС, и уж тем более братство конкретного разведывательного отряда «Лейбштандарта» явно не было для него пустым звуком. Зная бесхитростную натуру Брайтшнайдера было бы трудно ожидать чего-то другого. Именно поэтому Гюнтер и спросил его, будучи почти уверен в ответе.
— Что ж, давай излагай свои аргументы… — со вздохом сказал он, снова посмотрев на неподвижно сидящего в углу Рауха. Тот, похоже, даже не пошевелился с тех пор как устроился там.
— Командир, я тут подумал и нашёл сразу несколько аргументов в пользу того чтобы… замять эту историю. Как будто бы её не было вообще! — твёрдо ответил Бруно, в волнении потерев массивный лоб. — Смотрите, если мы его сдадим «цепным псам» то он, скорее всего, пойдёт под трибунал, верно?
— Есть такая вероятность, и не маленькая… — согласился с ним Гюнтер. — Уверен, наш Зепп будет очень недоволен и нам всем попадёт на орехи. Ну а Рауха в этом случае ждёт разжалование и тюрьма. Могут и расстрелять для примера.
— Вот! — энергично кивнул заместитель. — Кому от этого станет хорошо? Да никому! Обергруппенфюрер будет недоволен, накажет нас всех, а вас особенно! Может понизить в звании или вообще перевести куда-нибудь в концлагерь, охранять евреев на вышке. Разве это подходящая судьба для нас с вами, тех кто всегда идёт впереди, служит глазами и ушами всех парней из полка? Не знаю как вы но я не для того терпел издевательства инструкторов в Бад-Тельце чтобы из-за одной ошибки своего подчинённого очутиться где-то в Маутхаузене или Дахау, расхаживая вдоль забора словно тот же цепной пёс! Пусть этим занимаются «мёртвоголовые», для них любой концлагерь это дом родной! А я солдат войск СС, и моё место тут, на фронте! Да и звание терять тоже не хочется, что уж там скрывать… — признался Брайтшнайдер, отведя взгляд.
Шольке грустно усмехнулся. Он тоже не горел желанием из-за сорвавшегося с катушек Рауха потерять все те бонусы которые приобрёл за полтора месяца. Тухнуть в концлагере или где-то в самой жопе когда идёт война? Нет, исключено! А ведь его могут не просто отстранить от командования но и арестовать! Расстреляют вряд ли, но вот про так хорошо начавшуюся карьеру можно наверняка забыть. Шлейф командира того кто разом поджарил десяток раненых пленных будет тянуться за ним очень долго…
