Тут, метрах в ста позади них, на поле раздались взрывы и земля под ногами Гюнтера задрожала. Стиснув зубы он прокричал команду увеличить скорость, зная что безопаснее всего сейчас будет как можно ближе к голландцам. Потому что вражеская артиллерия, а Шольке был уверен что это именно она попыталась остановить атаку, побоится бить так близко от своих.
Не прошло и минуты как позади снова мощно загрохотало и немецкая артиллерия, словно дожидаясь этого, начала отвечать, вступив в контрбатарейную борьбу. Но это уже было не его заботой… Главное, что Гюнтера сейчас волновало, так это как можно быстрей добежать до линии обороны и начать выкуривать этих живучих голландцев. Однако же как много их выжило!.. Видимо, мощные укрепления, в которых и отсиживались противники во время артобстрела, сохранили жизни многим из них и теперь те пытались остановить немцев. Дохлый номер, усмехнулся он, скатываясь в воронку от снаряда… Так или иначе линия Греббе будет сегодня прорвана, Шольке знал это абсолютно точно.
Тяжело дыша от быстрого бега Гюнтер посмотрел вокруг. В его воронку спрыгнуло ещё четверо, двое солдат-подчинённых и двое из первого или второго батальона, их Шольке не знал. Все они переглядывались между собой, нервно усмехались, один судорожно сглотнул и потом сплюнул, поправив свой шлем…
— Так, парни, до голландцев осталось совсем немного, как только я скажу — бросаем в них гранаты, поняли? — уверенно говорил он, вытаскивая из-за пояса «М-24». Все четверо почти синхронно кивнули и тоже начали вытаскивать свои.
— Оберштурмфюрер, а у меня всего одна… — показал ему «толкушку» один из его бойцов. Как его?.. Вертится на языке… Хольм? Хильм? Ах, да…
— Где остальные, штурмман Хольт? — строго спросил Гюнтер, кидая ему одну из своих.
— Из-за ремня вывалились когда бежал по полю… — отвёл взгляд подчинённый, с трудом поймав «подарок» командира.
Двое фыркнули, один покачал головой, поражаясь такому ротозейству бойца. Шольке и сам был не прочь взгреть растеряху-штурммана но уж точно не сейчас!
— Болван… — только и смог вздохнуть Гюнтер. — Хорошо хоть голову не потерял.
— Яйца-то целы? — не удержался от подначки один из посторонних эсэсовцев.
— Хватит, шарфюрер! — осадил его Шольке, не желая окончательно подрывать авторитет бойца. — Лучше свои штаны проверь, вдруг там чего не хватает?
На этот раз все рассмеялись, в том числе и сам шарфюрер. Этого и добивался Гюнтер, чтобы бойцы немного расслабились и смогли удачно проделать последний рывок.
— Первый батальон? — наугад спросил Шольке, глядя на него.
— Так точно, оберштурмфюрер, вторая рота! — подтвердил шарфюрер, осторожно выглядывая из воронки.
По полю стелился чёрный дым от подбитой «тройки», иногда закрывая позиции противника, который продолжал огрызаться, хоть и не с такой силой как минут десять назад. Гюнтер присоединился к нему с биноклем, пытаясь оглядеть подступы к цели. Когда в дыму на несколько секунд появилось окно то он увидел то что подсознательно ожидал — перед позициями противника в траве виднелись несколько рядов колючей проволоки. В результате немецкой артподготовки часть снарядов разнесла колючку но всё равно она представляла собой серьёзную преграду для пехоты. А ведь наверняка там ещё и мины…
Рядом с ними земля внезапно взметнулась несколькими пыльными фонтанчиками и оба тут же сползли обратно в воронку. Несомненно, их заметили и теперь будут держать под наблюдением. Хреново, конечно, но и лежать здесь бесконечно тоже нельзя.
Время от времени снаряды вражеской артиллерии обрушивались на поле, вынуждая наступающих немцев то и дело падать на землю. Но, как показалось Гюнтеру, её огонь слабел…
Выплюнув землю, попавшую в рот, Шольке сдвинул свой шлем на затылок и начал излагать план:
— Слушайте внимательно! По моей команде вывинчиваем колпачки гранат, дёргаем за верёвку и бросаем метров на двадцать, там колючая проволока! — сказал он, оглядывая свой импровизированный штурмовой отряд. — Потом вслед за мной бросаемся вперёд. Осторожно, там могут быть мины! Конечно, часть из них уже сдетонировала от близких разрывов, но всё равно смотрите под ноги, ясно? Как только подбегаем к передовым окопам то бросаемся на землю и снова кидаем гранаты! И сразу после взрывов вваливаемся в гости к голландцам! Танки и бронетранспортёры нас поддержат огнём! Кого ранят — сразу ползите обратно… Так, что ещё? — задумался Шольке, пытаясь представить ситуацию. — Да, и не забывайте, в первую очередь уничтожать офицеров или сержантов… Если кончатся гранаты, берите у погибших, им они уже не понадобятся. Запомните, если впереди дот или поворот траншеи то сначала туда летит ваша граната, потом пуля и уже после них вы сами! Не перепутайте порядок! — усмехнулся Гюнтер, получив в ответ такие же ухмылки.
