— Ну, так то город полукровок и людей, они себе на уме, говорят. Хотя, я знаю одну даму оттуда, она платья заказывает себе непременно в Альсии. И чулочки кружевные, ах, загляденье, а не чулочки. Я видела! Это невозможное что-то, необыкновенное! Из тончайшей нити вытканы, а на самом бедре кружева ювелирной работы с золотыми нитями, — Онелла унеслась в мир мод, чулок и платьев, болтая без умолку. Ее глазки разгорелись, дыхание сбилось от работы и болтовни, щеки заалели. Я тем временем пыталась успокоить стучащее так часто сердечко.
— Вы красивая, — убежденно сказала Онелла, когда завершила манипуляции. — Ваше сердце не должно так часто стучать.
Улыбка вышла робкой, осторожной, извиняющейся. Я знала, что драконы слышат биение сердца, делающего меня открытой книгой. И оттого было неудобно, словно становишься жертвой подглядывания в замочную скважину.
— Спасибо.
Все приготовления были закончены, и Онелла крутила меня перед зеркалом, чтобы я лучше разглядела себя со стороны.
— Не нравится? — девушка расстроено опустила уголки губ.
— Нравится.
— Но Вы такая грустная!
— Это от страха. Мне очень страшно спускаться вниз, — ответила я скорее своему отражению, нежели девушке сзади.
— Понимаю, — кивнула она. — Но Повелители замечательные! Они Вам обязательно понравятся.
Вопрос в том, чтобы я им понравилась, а не наоборот. Глубоко вздохнув, сделала шаг вперед, шаг за дверь. Как на эшафот.
Комната, где все собрались, была небольшого размера с тремя высокими окнами, портьеры жемчужно-серого цвета на них сейчас были сомкнуты и не пропускали темноту улицы. Круглый белый стол не был покрыт скатертью, тарелки и фужеры для каждой персоны находились на светлых тканевых салфетках. Каждая деталь интерьера была выверенной и строго сочеталась. Драконам импонировал арт-нуво, если они, конечно, слышали о таком понятии. Элементы кажутся не искусственно сотворенными, а порождением природы. Плавные линии, растительные орнаменты, изогнутые ножки мебели, вставки перламутра, изящная резьба, люстра на кованом каркасе.
Саиля первая увидела меня у входа и сразу решила представить своему мужу, захватывая инициативу. Онелла незаметно исчезла со спины, выполнив миссию по сопровождению.
— Саша, познакомься, — мама Вера бережно подхватила меня под локоть и подвела к стоящим мужчинам. — Раиль, Повелитель Альсии.
Они были поразительно похожи со своим братом, стоя рядом. Длинные темные волосы с полосой рыжего золота, шоколадные глаза. Разве что Раиль был немного ниже ростом и не столь широк в плечах. Но взгляд более цепкий, неприятный.
— Добрый вечер, — поздоровалась я, изобразив неглубокий поклон головы.
— Саша, — задумчиво повторил он, крутя шипящий звук на языке. — Добро пожаловать. Как твое самочувствие?
— Все хорошо, спасибо.
— Тогда прошу всех к столу.
Если бы я знала, в какой обстановке проходят семейные трапезы, я бы не спускалась ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра в столовую.
Приборы практически беззвучно скользят по тарелкам тяжелым серебром с гравировкой. Никто не разговаривает, не шутит. Все смотрят перед собой и напряженно жуют. От усердия я не чувствовала вкуса еды, она комьями проваливалась в желудок.
Вымученно наблюдая за сменами блюд, ждала скорейшего окончания пытки, отсчитывая медленно ползущие минуты.
Наконец, Раиль последним закончил с бокалом вина, явно смакуя и растягивая удовольствие. Все поднялись со своих мест и начали расходиться.
Каин и Раиль, выходя из дверей, попросили Вера присоединиться к ним в кабинете.
— Я вечером зайду, — пообещал друг и направился следом за Повелителями.
Саиля пожелала нам доброй ночи и скрылась за поворотом, шурша длинной юбкой по полу.
Я облегченно выдохнула, не ожидая такого эмоционально сложного вечера.
— Живая? — Тавий гладил меня по голове широкой ладонью.
— После нашего визита к драконам, в Старный я вернусь поседевшей и с нервным тиком, — пообещала я.
— Мало приятного, — согласился полуэльф. Мы поднимались на третий этаж, где располагались спальни.
— Вер говорил, что его родители холодны и неприветливы. Но я даже себе представить не могла такого приема. Или это особенность семейных трапез? Так, может, принято?
— Ты знаешь, я полукровка, — начал говорить Тавий. — На меня чистокровные эльфы смотрят снисходительно, как будто я серьезно болен и мне нельзя помочь.
Я внимательно слушала друга, пытаясь понять, к чему он подводит разговор.
— Но я никогда не чувствовал себя изгоем. Вер же каждый раз, возвращаясь сюда, чувствует себя чужим, обузой. Конечно же, ему не хочется приезжать в родовой замок.
На следующий день нам сообщили, что Вер отбыл по делам государственной важности до новогодних праздников.
— Не успели приехать, — пробурчал Тавий.
Потянулась вереница коротких дней и длинных вечеров. В замке шли последние приготовления к новогоднему балу, все вокруг суетились, обсуждали выбранные наряды, обговаривали прически и музыку.
К моему удивлению, традиции у драконов и у Человечьего княжества отличались. И надежды увидеть на улицах города, хоть и из окон замка, переодетых в костюмы драконов, не оправдались.
