— И по делу в том числе. Мотя, ставь чайник.
— Сию минуту, ваше благородие, — Матрёна закивала с нарочитым почтением.
— Чего это с ней?
— Очередной заскок. Не бери в голову. Так что ты хотел, Родик?
— Не называй меня…
— …этим дурацким именем. Я помню. И всё же?
К тому моменту они устроились за столом, который Мотя принялась суетливо накрывать к чаю. Родион старший с намёком на неё глянул. Бэлла повела плечиком:
— Говори. Тут все свои.
— Я по поводу программы реабилитации для парней. Первый сказал, что обращался к тебе за консультацией.
— Было дело. А ты к этой программе каким боком, м-м-м? Я полагала, ты больше не имеешь дел с конторой.
С тех пор, как Родион уволился из разведки, он довольно плотно занялся бизнесом. Бэлла не слишком вникала, каким конкретно, знала только, что тот приносит Мурадову огромные деньги и каким-то образом связан с кибербезопасностью. И на этом всё.
— А я и не имею. Насколько это возможно. Но тут… — Родион взволнованно провёл по волосам. — Это же благотворительность. Другое дело!
— Постой-постой! Мы о чём сейчас?
— Так ведь о программе сексуальной реабилитации.
— Эта программа сексуальной реабилитации — благотворительность? — на всякий случай ещё раз уточнила Бэлла.
— Ну, да! Для меня. Я могу оплатить услуги как там её…
— Суррогатной партнёрши?
— Да, точно.
— Ты серьёзно? — выпалила Бэлла, хотя в глубине души уже знала, каким будет его ответ и это делало её вопрос глупым. Конечно, он говорил серьёзно. Да и мотивы Мурадова Бэлле были понятны. Он сам едва ли не остался инвалидом. Поэтому и понимал, как тяжело приходится парням, которые не имеют ни его денег, ни возможностей для банальной физической реабилитации, ни той поддержки, что Родион получил от своей жены. Тогда ещё будущей… Да, он понимал их как никто. И, мало этого, действительно мог им помочь. Собственно, Первый знал, к кому ему стоит обратиться. Кто обязательно клюнет. Хитре-е-ец!
— Да. В этой ситуации на государство надежды не было.
— Вот уж точно. Значит, ты решил раскошелиться?
— Не такие уж это большие деньги. Да и парней, которым нужна подобная помощь, не так много.
— Понятно. А ко мне ты пришел…
— Потому, что ты в этом деле профи. Если я кому бы его и доверил, то тебе.
Для кого-то сомнительный, по её коже этот комплимент прошелся лаской.
— И? Что от меня требуется?
— Ну, как минимум посетить несколько встреч. И, конечно, девочки, которые могли бы справиться с поставленной задачей по уму. На начальном этапе, думаю, хватит одной-двух. Но это не точно, наверное, лучше этот момент обсудить с инициатором программы.
— Хм-м-м…
— Что это означает?
— Я пытаюсь понять, зачем Первый тебя подослал. Я же ведь не отказывалась от сотрудничества. Мне просто нужно было время, чтобы всё хорошенько обдумать.
— Наверное, для надёжности. Вдруг бы ты пошла на попятный. Демьян знал, что мне ты точно не откажешь.
— Как много конторских в курсе моей истории? — нахмурилась Бэлла, прекрасно осознавая, на что намекает Родион.
— «Тени»1 относятся к конторским? Учитывая, что их распустили…
— Не думаю.
— Тогда немногие. Тебя это беспокоит?
То, что люди вокруг знали, как её ломали и насиловали? Знали всё-всё о том, через что ей пришлось пройти и какие стерпеть унижения? «Да нет, конечно!» — мелькнула полная ядовитого сарказма мысль.
— Но досье на меня всё-таки есть?
— Досье, думаю, есть на каждого. Другое дело, что доступ к нему имеется лишь у единиц. У тебя есть какая-то особенная причина волноваться на этот счёт?
— Что? Нет, конечно! — поморщилась Бэлла.
— Врёшь ты всё. Ну да ладно.
Спорить Бэлла не стала, отвлеклась на сына, который вдруг ни с того ни с сего разревелся. Подхватила на руки, стала утешать.
— А зачем мне встречаться с этим инициатором программы? Он кто такой вообще?
— Да так. Психолог. Говорят, весьма толковый мужик. Среди начальства пользуется большим уважением.
— Ну, ещё бы. Иначе он бы со всеми этими прогрессивными идеями был послан сразу.
— Вот именно. Считай, тебе выпал шанс поработать с коллегой. Ты же на психолога училась, я ничего не путаю?
Ну вот! Он и об этом знал… Бэлла неопределённо повела плечом. Почему-то даже в том, что она получила образование, сознаваться было неловко. Будто в глубине души она и сама не верила, что этого достойна.
— Вряд ли моё мнение будет иметь для него хоть какое-то значение.
— Значит, ты согласна?
— Я была согласна с самого начала, — проворчала Бэлла, — ты мог не тратить время и не приезжать. Тоже мне…
— Ты что, меня выгоняешь? — сощурился Мурадов.
— Да нет же!
— Ну вот и всё. Проехали.
— А когда ты хочешь начать?
— Тут я без понятия. Когда в конторе дойдут — с тобой свяжутся.
Постепенно разговор с дела переключился на вполне обыденные темы, а чуть позже, когда они вроде бы всё-всё обсудили, сошёл на нет. Мурадов засобирался домой. Как и положено хорошей хозяйке, Бэлла вышла его проводить. Дождалась, пока тот обуется, открыла дверь и едва не столкнулась нос к носу с Гройсманом.
— Ой!
— А я как раз палец к звонку поднёс… — улыбнулся он.
— Привет!
