Увы, ещё раз. Букинисты тоже ничем хорошим не порадовали. Пара старых изданий, одна «Британника» в настольном исполнении (вообще, было бы библиотечное — не удержался бы, купил), а в остальном — всё те же потолстевшие журналы на один раз полистать (потом эта «книжка» просто расползётся по всем швам). Грустно, товарищи. Электронный век пожрал бумажный. Хотя, сам я тоже хорош — бегаю, «обои» разыскиваю. То есть, плевать на содержание, главное — оформление, чтобы на полку поставить и смотрелось круто. Стыдоба.
Но с другой стороны, содержание я и сам теперь распечатать могу, а вот оформление… увы, в который уже раз, нет у меня творческой жилки, не художник я ни разу.
Поход по магазинам мы закончили уже под вечер в уличном кафе. Что стало апофеозом неудачного дня.
Ибо главным ингредиентом купленной мною «куриной лапши» были… водоросли! Нет, курица тоже… была. Наверное. Правда, определялось это исключительно по запаху, так как найти в тарелке хоть крохотный кусочек мяса мне так и не удалось.
Одно хорошо, от общей безнадёги у меня, наконец-то, заработал мозг, и голову посетила мысль, что фигнёй страдаю. У меня же контакт Фудзивары есть! Который, помнится, хвалился, что способен доставать редкие, даже эксклюзивные вещи! И, кстати, не на пустом месте хвалился, лолиты отследили несколько его сделок — ушлый тип этот Фудзивара, оказывается. Хотя, конечно, и на старуху бывает проруха, вон как с аккумуляторами его красиво развели.
Подавив желание связаться с поставщиком Её Флагманского Величества прямо сейчас (глупая идея — сидя в уличном кафе голоэкраном светить), я ещё с минуту вяло поковырялся в тарелке, но решив, что морепродуктов мне и дома хватает, отодвинул сей кулинарный шедевр на край стола.
— Инга, когда там электричка обратно?
— Тридцать одна минута, — откликнулась 400-я, ставя на стол чашку с зелёным чаем.
Чтобы лолиты не выделялись, сидя за пустым столом, я им взял по чашке чая с данго — традиционными японскими сладостями. И если чай они ещё пили (или хотя бы делали вид, что пьют), то эти самые данго лишь разок куснули и больше не притрагивались. В чём я их в общем-то понимаю — чтобы считать сладостью клейкие рисовые шарики, политые сверху соевой пастой… это надо японцем быть. Полным. Можно даже сказать — законченным.
И нет, я над ними не издевался, просто никаких других «сладостей» в этом кафе не было.
— Тогда, допивайте чай, да пойдём.
— Это приказ? — бесстрастно уточнила 400-я.
— В смысле? — я непонимающе захлопал глазами.
— Допить чай.
— Хм… нет, это предложение. Не хотите — не пейте.
Лолиты тут же отставили свои чашки. Ну да, ну да, зелёный чай у нас не в тренде. Конго не одобряет.
— Готовы к выдвижению.
— Идёмте тогда.
Мы поднялись из-за столика и не спеша двинулись на выход. А куда спешить, тут до станции минут десять ходу.
— Имеется вопрос, — внезапно сказала 402-я.
— Спрашивай, — покосился я на неё. Странно, обычно в их паре 400-я вопросы задаёт и активность проявляет.
— Те женские особи, — 402-я чуть повернула голову, указывая на сидевших через столик от нас девиц, — резко выделяются, но при этом не являются фокусом интереса окружающих.
Я так же обернулся, скользнув взглядом по паре девиц, одетых в так называемом «уличном стиле». То есть, попугайской расцветки кофты, кислотно-розовые юбки, белые колготки в розовых сердечках, плюс, волосы… покрашенные во все цвета радуги и уложенные в причёску «атомный взрыв на макаронной фабрике». У той, что справа, ещё и контактные линзы с вертикальным зрачком в глаза вставлены.
Да уж, неудивительно, что в каноне туманницы по городу бродили, даже не маскируясь. По сравнению с такими персонажами наши девчонки просто образец скромности и неприметности.
— Это неудачный образец, Инна.
— Почему?
— Фрики. Не стоит им подражать.
402-я чуть прикрыла глаза, механически прошелестев в режиме справочной:
— Фрик — человек, отличающийся ярким, экстравагантным внешним видом и вызывающим поведением.
— Именно. То, что на них не обращают внимания, это ещё не значит, что их не замечают. Яркая или необычная одежда может служить камуфляжем лишь тогда, когда соответствует отыгрываемой роли, — пояснил я. — Вон, видишь девчонку в нелепой одежде горничной, что флаеры раздаёт?
— Да.
— Вот на неё обращают внимания не больше, чем на деталь пейзажа.
— Почему? Она одета столь же ярко.
— Она понятна, и потому обыденна. Ну, работа такая у человека — ходить в дурацкой одежде, бумажки раздавая. И вот этот образ можно использовать. Как говорится: если человек хочет спрятать лист дерева, то он прячет его в лесу.
Лолиты быстро переглянулись, видимо совещаясь, затем обе уставились на меня.
— Аналогия непонятна.
— Хм… — я задумчиво потёр подбородок. — Давайте лучше на примере. Предположим, надо передать другому человеку записку, не афишируя контакт с ним. Для этого можно назначить встречу где-нибудь на глухой окраине, затащить своего контактёра в тёмную подворотню, и там, поминутно оглядываясь — не видит ли кто — сунуть ему в руки записку. Казалось бы, всё по правилам, в фильмах же постоянно так делают, но… это не лучшее решение.
— Почему?
