– Война в Свету? Индрик?! – встрепенулась русалка и вновь облетела человека. В безмолвном мире её полёт походил на холодный ветер. Остановившись, дева замерла над озером, паря над водной гладью, и в озере не было отражения. Серые волосы русалки разлетались по воздуху, будто паутина. – Странно… – сипела русалка, – Слово Индрика ты услышал, а в морок русалок угодил.
Светозар смотрел на парящую над озером деву: русалка сделалась страшной и призраком дрожала над водой, желая напугать, но в душе не было страха. На душе стало спокойно. Волнующаяся в воздухе паутина серых волос походила на рябь на воде, среди которой Светозар увидел своё отражение – он спал в глубине озера, опутанный водорослями по велению Топи. Рябь над ним мерно плыла, и глаза медленно закрывались. И тут, вдалеке среди волн, пропела птица и морок растаял. В птичьей трели ярко звучало Слово, Светозар хотел спеть его, но…
– Подожди! – крикнула русалка, и Светозар открыл глаза. Русалка вновь стояла на берегу и моляще смотрела на него. Её волосы опали, хвоя платья опустилась. – Не говори Слово, не покидай озеро!
– Чтобы ты опять меня заворожила? – Сварогин, отогнав рукой морок, шагнул назад.
– Да, я вновь пыталась уморить тебя, но то – моя натура! Не буду больше. Прости да помоги мне! – взмолилась лесная дева. – Черевички мои в Среднем Мире остались – я вернуться могу!
– Я не верю тебе. – Светозар отступал назад.
– Не верь, но помоги! – умоляла Марья. Русалка сгорбилась, сложила руки у груди. – Я тоже помогу тебе, когда время придёт. Всему лесу помогу! Ведь мои черевички в огне не сгорели…
– И чем же ты поможешь мне и лесу, дух нечистый? – спросил сын Леса.
– Не называй меня так! – обиделась русалка. – Меня погубил огонь, а не вода! Потому я стену огня ради тебя своей кровиночкой – мёртвой водой – затушу и весь Лес спасу! Только для того ты мне сначала помоги, прошу…
Светозар остановился, не дойдя до кромки леса, окружающего озеро. Слова русалки посеяли в душе смуту, и показалось Светозару, что она смотрит на него с искренней мольбой.
– Что ты хочешь? – спросил он строго.
Марья легонько улыбнулась и ближе подошла.
– Освободи меня из плена, я хочу уйти из мрака и берегиней стать.
Светозар удивлённо взглянул на лесную деву.
– Тебя не примет Свет, – ответил он. – Ты – неупокоенная душа, а берегини – светлые души леса.
– Видать, дух Леса в тебе пока не окреп, – покачала головой Марья. – Все мы, кто остался в Среднем Мире, и берегини, и русалки, и мавки, – все неупокоенные души, ведь каждая из нас оборвала нить жизни не по воле Макоши. Но берегини дали обет охранять лес силами Индрика, а мы такой обет не давали, и для охраны леса нам подвластны и силы Мора.
– Неясное ты молвишь, – покачал головой Светозар и нахмурился. – Я – человек, и почему ты наслала на меня морок, понять могу. Но если всё так, как ты говоришь, почему вы на полевых леших нападали?
– О-о, – протянула русалка, и её лицо исказила хитрая беззубая улыбка. – Некоторым сестрицам по нраву лесом лихо заправлять. Власть, понимаешь ли, до добра не доводит. – Марья усмехнулась, видя неверие в глазах сварогина. – Силы Мора влекут не только русалок и мавок. Разве ты забыл Десятину Полоза, что была в мире человеческом?
– Ты мне зубы не заговаривай, сила нечистая, – пресёк Марью Светозар, и русалка поджала губы. – Что ты хочешь от меня?
– Я хочу, чтобы ты провёл меня по озеру как невесту в русальчью ночь. – Марья наклонила голову набок. – Тогда я стану свободной и смогу покинуть озеро – ведь огонь мои черевички не забрал и с избранником не венчал, и осталась я невестой навеки.
– Я не могу, – покачал головой Светозар. – Сколько времени пройдёт в Свету, пока я в твоём мороке нахожусь?
– Тебя не будет столько, сколько длится птичья трель. – Глаза Марьи загорелись хитрым огнём: она чувствовала, что сварогин готов согласиться. – К вилам вовремя придёшь. – Русалка шагнула ближе. – Подумай, Светозар, – вкрадчиво проговорила. – Коли откажешь мне и явишь Слово миру, пожалеешь потом.
Светозар задумался: просьба русалки сеяла в душе смуту – не могла сила нечистая так мало от него хотеть и так легко свободной стать, пройдя по озеру, как его невеста. Однако чувствовал сварогин и то, что слова русалки о помощи ему и всему Лесу тоже были верными. Да и жаль её было – вдруг несправедливо русалкой стала? Вдруг возможно ей помочь? Человек оглянулся: золотой вечер будто застыл в этом неведомом месте, и в мире звучала едва слышимая далёкая птичья трель.
– Хорошо, – нехотя согласился Светозар, – я помогу тебе. Только помни, Марья, – строго сказал сварогин, видя, как обрадовалась русалка, – Слово я не забуду и, если надумаешь чудить, сразу покину твой морок!
