-Солнышко, прости. – Я протянула руку и нежно провела по волосам девочки, - но я ничего не помню, ни тебя, ни себя. Мне почему-то кажется, что должна быть осень. Посмотри, вон и листва окрасилась в разные цвета. – махнув рукой за окно, указывая на деревья, стоявшие в разноцветном убранстве осенней листвы.
-Так это ты баловалась с магией, вот и результат за окном видишь. – В глазках снова заблестела радость – Все хотела посмотреть, сколько магия продержится, а уже месяц прошел! Силы в тебе, сестрица, очень много!
-А цветок папоротника мне зачем понадобился? – уже не боясь задавать вопросы, и вызвать подозрения, спросила я.
-Ну у нас лошадь заболела, ты никак не могла ее вылечить, вот и хотела понимать язык животных, а еще клады бы могла с легкостью находить. – Машенька вздохнула: – ты же все в теплые страны рвешься! К морю какому-то! Бежишь все от кого-то неведомого. Как здесь появилась, так и бежишь.
-Я убегала от кого-то? А здесь как объявилась? С тобой? – Маша отрицательно покачала головой. - Так ты не родная мне сестрица?
По щекам девочки побежали слезы, утирая их ладошками и размазывая влагу, она пробормотала сквозь всхлипы:
-Не бросай меня, сестрица! Кроме тебя никого у меня не осталось! Пропаду я без тебя!
Я порывисто обняла девочку, целуя в макушку, пытаясь успокоить. И четко понимая, что нужно менять тему, иначе могу вызвать ненужные мне пока вопросы у ребенка.
-Машенька, а можно здесь где-нибудь с себя кровь смыть? Сил уже нет терпеть!
-Конечно! Я баньку истопила! Пойдешь? –мгновенно переключаясь на что-то более привычное и не такое горькое, воскликнул Одуванчик. Девочка отбежала от окна, уже подпрыгивая от нетерпения и не дождавшись ответа, потянула меня за руку.– Идем!
Такие искренние эмоции, сквозившие в каждом движении ребенка,я видела впервые. Своих мне Бог так и не дал. Уподруг были дети, но видела их я редко и еще реже с ними общалась, так что опыта было маловато, все времени не хватало, да и Сережа детей не жаловал.
Горечь наполнила душу, муж был центром моей вселенной, а вот я, как оказалось, нет.
-Пошли в баню, проводишь меня – вырываясь из горьких раздумий, отходя от окна иозираясь по сторонам в поисках чистой одежды, предложила я девочке. – Маша, а во что можно переодеться? Где белье у нас хранится?
-Как где? – всплеснул руками Одуванчик – В сундуке! Там же и лоскут ткани для обтирания.
Она бросилась к нему, доставать чистое: длинная нательная сорочка, широкий сарафан и большой лоскут белой грубой ткани. Нижнего белья в комплекте не было!
- Машенька, а где взять панталоны? – надеясь, что в этом мире они есть, спросила я.
-В бане висят. – выпрямляясь и с тревогой на меня глядя, продолжила – Только у нас нет панталон, все трусы да штанишки.
Я взяла ворох приготовленной одежды, взглянув на тревожно взъерошенного одуванчика, довольно хмыкнула и произнесла:
-Еще лучше, Одуванчик! Просто замечательно.
-Забавушка, какое имя чудное! Это ты меня так ласково назвала? – чумазая мордашка девочки засияла, поярче начищенного медяка.
-Идем мыться, чудо! – направляясь к дверям и проходя мимо девочки, чмокнув ее в макушку, позвала я.
Дом оказался огромным. Из спальни я попала в большую комнату, похожую на гостиную, обставленную добротной деревянной мебелью, с двумя окнами, распахнутыми настежь, и с чудесным небольшим камином, украшенным бело-синими изразцами.
Из гостиной мы вышли в коридор, который вывел нас в большой холл, а уже из него мы вышли сначала на веранду, потом на крыльцо и наконец попали на улицу. Солнце стояло в зените, мгновенно обволакивая полуденным жаром.
- Сестрица, иди за мной – позвал меня Одуванчик, подходя к небольшому изящному домику в углу огороженного забором участка.
Она распахнула дверь внутрь, зашла сама и поманила меня. Особо ждать ей не пришлось, к грязи, которая уже была на мне, прибавился липкий пот, в который меня бросило, едва я оказалась на улице, хотелось все это безобразие поскорее с себя смыть.
Закрыв за мной дверь, Маша скользнула дальше, гремя от - туда тазами и что-то бубня под нос.
Я стала неторопливо раздеваться, и тут сзади меня послышался шорох и мужской голос произнес: «Ничего не забыла?»
Ивaн Kyпaлa – один из самых красивых и романтичных народных праздников, который отмечается в ночь с 6 на 7 июля. Он знаменует середину лета и чествует момент, когда сила природы достигает своего пика, происходит кульминация цветения и плодородия. Люди верили, что этот день наполнен особым магическим духом, поэтому с летним торжеством связано много загадочных поверий и примет.
