Кошки сбежались на запах и пока с вожделением пялились на сковороду издали, не рискуя подходить. Геката, как самая смелая, рискнула войти на кухню, выгибая спину и встопорщив шерсть; прайд явно воспринимал детектива как угрозу, однако в прямую конфронтацию вступать не рисковал. Что было весьма благоразумно с их стороны: заметив поползновения в сторону продуктов, Йорк сдёрнул с пояса полотенце, повязанное вместо фартука, и продемонстрировал готовность применить его, если понадобится.
«Какие у меня умные звери».
– Условие третье: посуду потом тоже помоете самостоятельно, – дополнила Тина договор, сонно следя за кошачьими манёврами. – И питомцев моих не обижайте, я их не для того наглыми воспитывала, чтобы посторонний мужчина заявился и привил им хорошие манеры… Так что у вас с новостями?
– Ничего хорошего, – ответил детектив, сваливая монструозный омлет на огромную сервировочную тарелку для торта. – У мистера Ривера прошла вечеринка. Успешно прошла. Судя по списку гостей и по тому, насколько вовремя они приезжали, он уже фактически как минимум второй человек в городе. Если не первый.
Это было как ведро холодной воды за шиворот.
– Вы не шутите?
Йорк состроил лицо чурбана.
– У копов нет чувства юмора, мэм. – И продолжил уже нормально: – Шутил, если бы! Сам мэр, его племянничек, начальница управления по налогам и сборам, глава земельно-кадастровой службы… Разве что никто из наших не засветился, я прямо зауважал капитана Маккой – баба со стальными яйцами. Ну, а кроме сильных мира сего, там швали хватало, причём лица знакомые. Я насчитал четверых бывших сотрудников «Перевозок Брайта», которые официально свалили из города больше двух лет назад. А вот это я вам даже покажу, вы оцените.
Героическим усилием оторвавшись от омлета, он достал из сумки небольшой планшет, судя по виду, побывавший в пользовании пятилетнего ребёнка или пугливого варвара, включил под аккомпанемент ругательств и сунул Тине под нос.
Видео было отвратительного качества – явно снятое с чего-то вроде регистратора, причём установленного в крайне неудобном месте. Камера смотрела снизу вверх, из куста гортензии, и пропорции были слегка искажены. Но главные действующие лица опознавались без проблем.
…в кадре были ворота – медные, ажурные, бессмысленно дорогие. Вот через них проехал длинный чёрный автомобиль с откидным верхом, и промелькнула изящная женская головка вполоборота, почти закрытая огромной шляпкой. Прошла неспешно под локоток немолодая пара – он в безупречном белом деловом костюме, она в бледно-голубом коктейльном платье; её колье и его запонки сверкали издали даже в тусклом свете пасмурного дня. Подкатила ещё одна машина…
– А вот теперь смотрите внимательнее, – дохнул чесноком Йорк, наклоняясь над ней и тяжело опираясь одной рукой на стол. – Вот сюда, – постучал он пальцем по нижнему правому углу планшета.
Мог бы и не говорить – следующего гостя она ни за что бы не пропустила.
Он был одет не в привычный рабочий комбинезон, а в узкие пижонские брюки, классические туфли с острыми носами и чёрную рубашку навыпуск. Отросшие волосы, зачёсанные от висков вверх и назад, и массивный серебряный перстень на левой руке придавали ему демонический лоск, преображали почти до неузнаваемости. Но Тина узнала его тотчас же: по кошачьему прищуру, по хищному профилю, по нечеловеческой манере двигаться.
Джек Доу.
– Так нечестно, – хрипло прошептала она, глядя, как Доу вальяжно пересекает экран планшета, останавливается уже у самого края, здороваясь с кем-то за руку, белозубо скалится. – Он же не может… средь бела дня…
Йорк милосердно забрал планшет, одним глазом продолжая поглядывать на видео.
– Мне тоже больше по нраву старые добрые фильмы ужасов. Ну, знаете, где ожившие мертвецы пускают слюну и бормочут про мозги, а выстрел правильным калибром упокоевает их грешные души. Кровь, кишки и честная дохлятина, а не вот этот гламурный изврат. Но что имеем, то имеем. – И он отключил планшет. – Я, конечно, продолжу собирать доказательства и свидетельства, но вот что потом делать… Будь это просто высокопоставленные ублюдки, я бы положился на Робокэпа, она эту мразь умеет к ногтю прижимать. Но сомневаюсь, что даже она сумеет прищучить такого врага.
Тина зябко закуталась в одеяло, натягивая его почти до носа, и вовсе не потому, что хотела спать.
«Мы так… чудовищно уязвимы», – подумала она, поджимая босые ноги.
– Вся надежда на Кёнвальда.
– Вот-вот, – мрачно поддакнул детектив, возвращаясь к своему омлету. – Поэтому я ещё минут десять пользуюсь вашим гостеприимством, а потом иду к реке, буду орать в зарослях, как дебил. Надеюсь, ваш мокрый парень дома, мисс Мэйнард.
– Скорее всего. У него тоже была бурная ночка.
– Тоже не в том смысле? – усмехнулся Йорк. – Удалось что-то выяснить про камни?
Тина хотела было пересказать события последних двенадцати часов, но вспомнила предупреждение самого детектива – «не верить никому» – и прикусила язык.
– Немного, – уклончиво ответила она. – По крайней мере, мы знаем, что некоторые камни теням не достались, так что какое-то время у нас ещё есть.
