– После исчезновения Эмми, – скривился Йорк и взлохматил себе волосы – яростным коротким движением, точно пытаясь изгнать воспоминания. – Личная заинтересованность – великая вещь, знаете ли. Я тогда перевернул весь город, но ничего не нашёл. От отчаяния обратился к прошлому, выискивая в газетных заметках и полицейских протоколах хоть малейшие намёки, а когда увидел картину целиком – у меня волосы на руках дыбом встали. Оказалось, что в Лоундейле уже года полтора стабильно пропадали люди – чаще женщины и дети, но бывало по-разному. Никто и подумать не мог, что это резвится один больной ублюдок. Да и я тоже не сразу понял бы, что связывает все случаи, если бы не Пэг: она сразу просекла, что убийства привязаны к лунному циклу – жертвы пропадали за пару дней до новолуния или полнолуния. И Эмми тоже. Я начал прорабатывать её связи по новому кругу, потом других пропавших и вышел на Джека Доу. Он всегда был поблизости от жертв: курьер, разносчик пиццы, водитель фургона в химчистке, клиент кафе… Я был готов прижать его в любую минуту, но он оказался воистину изворотливой Тварью. Нет трупов – нет и обвинения, а по тем четырём случаям, когда находили части тела, он отмазался. Я даже раздобыл ордер на его арест, но не сумел доказать вину, и ублюдка пришлось отпустить. Он затих на полгода, а потом люди опять стали пропадать. Слежка, обыски – не помогало ничего. Он с лёгкостью избавлялся от любых хвостов, жучки находил и выбрасывал, точно видел меня насквозь.
Йорк сделал паузу, чтобы глотнуть воды. Тина внезапно вспомнила выражение его лица там, у реки, и по спине холодок пробежал.
– И при чём здесь я?
Детектив переплёл пальцы в замок и уставился на неё задумчиво.
– А вот тут начинается самое интересное – и не совсем законное. Я подумал, что если не могу предотвратить преступление, то почему бы его не спровоцировать? Но на таких условиях, которые обеспечат мне победу. У всех жертв Твари имеется кое-что общее: это замкнутые люди, одинокие, несчастные, часто неблагополучные. Такие, которых и хватятся-то не сразу, если что. И вы, мисс Мэйнард, просто подарок – синий чулок с выводком кошек.
Лицо вспыхнуло.
– Вы нарываетесь, детектив.
Он развёл руками:
– А вы что-то имеете против правды? И, между прочим, это не я придумал, а ваша драгоценная напарница сказала. Я зашёл взять подборку газет, а получил ещё и последнюю деталь для своей гениальной ловушки. Остальное было делом техники – выяснить, куда устроился работать Доу, шепнуть пару слов его коллегам об одинокой красотке в библиотеке и ждать. Надо заметить, клюнул он на вас почти сразу, но, видимо, заподозрил неладное и потом ещё год кружил поблизости. Это стоило Лоундейлу девяти пропавших без вести, чтоб вы знали.
Тина глубоко вздохнула. Руки слегка дрожали.
– Вы что, просто подбросили ему меня? Как приманку? Зная, или, точнее, догадываясь, кто он?
– Всё было под контролем, – как-то слишком быстро откликнулся Йорк и снова наклонился, опираясь на стол. – Прослушка под стойкой, наружное наблюдение. Когда Доу наконец устал терпеть и пригласил вас на свидание, Роллинс подкинул микрофон вам в рюкзак. Мы следовали за вами буквально по пятам, ну, максимум километра на три отставали и готовы были сорваться с места при малейшем подозрительном звуке. И, честное слово, если б вы смирно позволили себя ударить и утащить в тёмный угол, мы с Роллинсом взяли бы Доу с поличным и не тратили бы сейчас время на глупые разговоры.
За дверью чертыхнулись; кто-то рванулся в кабинет, но его удержали. Тина мысленно сосчитала до десяти и только потом продолжила:
– Вы хотите сказать, что я не должна была сопротивляться?
– Я хотел узнать, где он спрятал тело Эмми. А теперь вряд ли получится это выяснить… Да, мисс Мэйнард, вы кругом виноваты. И, кстати, мы ещё не поговорили о том, как умер Доу, меня это очень интересует.
Перед глазами появилась золотистая пелена, а в ушах – звон.
– Незаконно привлекать людей для участия в полицейских операциях. Тем более – с риском для жизни. Я там чуть не умерла! Он мог меня оглушить – а мог просто убить на месте.
Йорк криво улыбнулся:
– Да ладно, было бы о чём беспокоиться. Кошек бы пристроили по приютам, а ваша напарница заполучила бы наконец вместо коварной соперницы прелестного студента в рабство, как и хотела с самого начала. Бросьте, мисс Мэйнард. Вам ли меня обвинять? Я не стоял за спиной с топором, чтоб заставить вас умчаться на свидание с Доу. Вы сами сделали это, без подсказок. Точнее, вас толкнуло беспросветное одиночество. Когда жизнь бессмысленна, человек инстинктивно пытается её прекратить. Природа рациональна, знаете ли.
…Тина даже не поняла, как это вышло.
Раз – и кулак хрустнул, и боль отдалась в плече. Два – и Йорк опрокинулся со стула, с воем прикрывая разбитый нос. Три – и дверь распахнулась, и на пороге показалась рыжая валькирия – Пэг О’Райли.
– Если что, мисс Мэйнард, у вас теперь есть личный фан-клуб, – сказала она.
А Тина осела в кресло, сжалась в комок и расплакалась.
