В воздухе чисто. Никаких вертолетов береговой охраны, дронов и прочей умной техники.
На воде тишина. Ни единой рыбацкой лодки или якобы случайно подошедшей к берегу яхты.
Со стороны дороги – редкий шум от проезжающих мимо легковушек.
Даже приезд еще одной группы Мансурова проходит без суеты.
Словно каждый день принимают здесь грузы, охранники быстро расходятся на точки, грузчики переодеваются в оранжевые комбинезоны.
В каждом жесте, в каждом взгляде спокойствие и безмятежность, как в природе перед бурей. А еще через час к пирсу причаливает тяжелый грузовой катер.
С этого момента я начинаю собственный отсчет.
Я и Ермаков вместе выходим встречать прибывших. Быстро здороваемся, помогаем закрепить катер и отходим в сторону, чтобы не мешать специалистам.
Незнакомый машинист занимает место за пультом грузового крана. Грузчики берутся за работу.
Бригада на катере с помощью лебедки начинает поднимать из трюма оцинкованные ящики. Все разных размеров. Без надписей. С еле видимыми метками по бокам.
Грузчики тросами цепляют первый из них к тяжелому крюку. И кран осторожно перемещает свой груз с катера на погрузчик.
Стараясь не мешать, я наблюдаю за работой команды. Делаю вид, что проверяю процесс. Считаю ящики. Пытаюсь разобрать значение меток.
Довольный тем, как налажен процесс, Ермаков достает сигареты и здоровается с кем-то из перевозчиков.
Со мной не знакомит. Словно меня вообще здесь нет, он бросает короткие команды охранникам. В перерывах между затяжками перекидывается парой фраз с машинистом.
Один из погрузчиков цепляет боком угол рампы. Ящик глухо ударяется о стену.
Я вздрагиваю. Парень за рулем погрузчика бледнеет. Но Ермаков только отмахивается:
- Ладно, живы, и хер с ним. Работаем дальше!
Лебедка скрипит все громче. Судя по разговорам на палубе, впереди выгрузка самого большого и тяжелого контейнера.
Будто там что-то особенное, Ермаков лично взбирается на борт яхты и контролирует разгрузку.
В отличие от Петра я по-прежнему не вмешиваюсь.
Терпеливо жду, когда контейнер опустится на вилы погрузчика. Отсчитываю еще несколько секунд. И выхожу на причал.
Телефона у меня нет. Рация не положена, потому использую жесты, которые мы с Егором согласовали заранее.
Кладу обе руки на перила. Незаметно похлопываю указательным пальцем по стальному поручню.
Семь раз. Столько же, сколько ящиков уже перекочевало с катера на землю.
Отвожу взгляд, будто просто любуюсь Финским заливом. Представляю, как в этот же момент из старого ангара неподалеку вылетает одна груженная бойцами машина. Через пару секунд вторая. За ней третья и четвертая.
А со стороны соседнего пирса, перекрывая контрабандистам пути для отхода, отчаливают быстрые катера пограничной службы.
Катера и машины движутся в одну точку – навстречу друг к другу. Без сирен. Без лишнего шума.
В воздухе гремит:
- ВСЕМ ЛЕЖАТЬ! РАБОТАЕТ СОБР! ОРУЖИЕ НА ЗЕМЛЮ!
Не понимая, что происходит, Ермаков поворачивается в мою сторону.
- Это что за херня? – орет он во все горло.
Но я уже валюсь на бетон — якобы в панике, как и половина грузчиков. Закрываю голову руками, чтобы хоть как-то защитить себя от шальной пули.
И слушаю грохот пулеметных очередей.
Глава 53
Герман
Несмотря на мое редкое «везение», все пули пролетают мимо. Отлеживаюсь на асфальте до самого конца операции. Не геройствую. Берегу свою изрядно помятую тушку.
Только когда брат присаживается рядом на корточки, я с облегчением переворачиваюсь на спину.
- Всех взяли? – спрашиваю у Егора.
- Даже никого не застрелили. - Он снимает бейсболку и вытирает со лба пот.
- С седым будьте осторожнее. Это Ермаков. Он помощник Мансурова. Скорее всего, согласится на сделку.
- Ты так заранее знаешь? – щурится брат.
- Дай телефон, перешлю его личное дело. Сам поймешь.
Ждать долго не приходится. Один из бойцов подносит мне телефон и отходит в сторону.
Пока я восстанавливаю почтовую программу и ввожу пароли, брат общается с кем-то по телефону. Краем уха ловлю фразы: «Везем в отдел», «Здесь боеприпасов на целую армию» и «Уже берем».
Кого именно брать, мне понятно и так. Ради этого «берем» все, собственно, и затевалось.
- Все, отправил, - отчитываюсь Егору спустя пару минут. – От прокурора новости есть?
- Тишина... – как-то странно, раздраженно произносит брат.
- Вы же должны были почти одновременно начать!
Мне уже это не нравится. Мансуров – не тот, кому можно давать время. Этот ублюдок развил у себя такое чутье, что способен заранее предвидеть любую опасность.
- Мы и начали, - мрачно отвечает Егор.
- Тогда какого хрена до сих пор нет новостей? – встаю на ноги.
Уезжать мне пока нельзя. Впереди поездка в отдел и допрос. Но дико хочется вызвать Колю и самому рвануть в гребаное семейное гнездышко.
