– Эстетика отвратительного, – осматриваясь, медленно проговорила я, – мерзко, а взгляд цепляется.
Мы с макетом обступили пьедестал Компьютера. Он протянул палец к пульсирующим прожилкам, но Партизан Харот, остановившийся подле, с противной усмешкой предостерег его:
– Валяй, куколка, полапай Великий Компьютер. Выясним, диэлектрик ты или нет. А то знаешь, сухие деревья, говорят, не проводят ток. Ты из этого, из креанолиса12 же?
Ян покосился на меня и убрал руку в карман. Он спросил с целью поддеть:
– А ты из чего? Из морской болезни?
– Из «не твоего собачьего дела, слизняк», – продекламировал Харот.
Ему на плечо опустилась ладонь в перстнях:
– Будет вам, господа. Мы дошли. – Лицо Гильгамеша украсила белоснежная улыбка. Он обнял капера, и напарники похлопали друг друга по спинам, но тут же прервали празднество и вернули деловой дух. – Не теряем времени. Задачу знаешь – только, ради Всесоздателя, будь осторожен.
Партизан Харот взял шляпу под полы, закатал рукава и зажег на указательном пальце тату с символом, похожим на букву «Н» с косой планкой. Былая борзость улетучилась, оставив рассудительного сапера: Харот проводок за проводком обесточивал Сердце Мира, словно опытный хирург. Я следила за руками капера. Подсчитав «артерии», пришла к несложному умозаключению: провода питали этажи, так как их насчитывалось ровно семь. Инанна, тихо как кошка, кралась вдоль порталов, прислушиваясь. Гильгамеш разглядывал движение звезд по купольному витражу, и я последовала его примеру.
– Партизан Харот, дружище, кажется, над нами таймер. Смотри, созвездие Аиста, – его палец указал на снежинкообразную фигуру из соединенных звезд, расположенную в центре, – указывает «клювом» на Шеду-пожирателя, Защитницу угнетенных, шестикрылого козодоя и Ара-Леза. Любопытно.
Палец Гильгамеша гулял от одного клубка звезд к другому – по кругу. Названия долго в моей голове не удержались, оставшись где-то на моменте шестикрылого козодоя. Как это вообще? Капец какой-то.
– Чего любопытного? – огрызнулся Харот – с его лба градом струился пот, пока он сосредоточенно отсоединял провода знаком «Н» и прикладывал к знаку треугольника, заточенного в лотосе.
– В созвездии Шеду-пожирателя находится Хельт, во лбу Защитницы угнетенных – Му-ара, звезда ашернов. – В янтарных глазах Гильгамеша отражались виртуальные звезды. – Ара-Лез носит на ошейнике Эхо Инития и Ро-Куро, а Шестикрылый Козодой символизирует собой Солнечную систему.
«Ну и ну, – поразилась я, – интересно, с какого ракурса они смотрят на Землю и откуда видят всех этих козодоев и аистов?»
– Какое совпадение, – вклинилась я. Затылок онемел и ныл, я потерла шею, опустив голову. – А в Аисте прячется штаб-квартира АИН?
– Никому доподлинно неизвестно, миледи, – ответил Гильгамеш. – Но АИН точно не центр Вселенной.
Четверть часа понадобилась Партизану Хароту, чтобы отсоединить шесть штекеров. Он раскраснелся, как на тропическом солнце, и мне казалось, что его вот-вот хватит сердечный приступ. Шныряя вокруг колонны с Сердцем, я подглядывала за действиями Харота: точно работа швеи – отмерял нити кабелей и резал знаком-ножницами. Судя по тому, как изнашивалось тело капера, как на глазах он из бодрого мужлана превращался в хилого старика, работа с запретной магией его не щадила.
– Инанна, – обратилась к агенту, охранявшей выходы. – Ликвидаторы АИН должны выключать Великий Компьютер – но пока я знаю два примера отключения Сердца: и оба с использованием редких и незаконных способностей.
– Чистильщиков обучают отключению Компьютера, – сообщила Инанна. – Они делают это за неделю или две. По одному Этажу в местные сутки в идеале, но выходит и дольше. Это опасная работа… Инанна на связи. – Мастер внезапно коснулась виска, как Ян, вызывавший медиков в Пролете, и ее рука потянулась к клинку. – Принято, босс. Было честью работать с вами.
Ян и Гильгамеш подошли к нам, и макет спросил, в чем дело. Ответ последовал моментально:
– «Черные Аисты» штурмуют Ро-Куро. Они узнали где мы и будут здесь с минуты на минуту. У моего босса проблемы, поэтому больше он вам не помощник. Как и я.
– «Черные Аисты», АИНовский спецназ. – Гильгамеш вскинул оружие и подбежал с ним к напарнику, который приступил к опустошению последнего Слоя.
Партизан Харот присоединил штекер к знаку с лотосом, и вены его рук светились, пока по ним текла энергия. Подбежавший капер сказал ему что-то, что я не смогла разобрать, но Партизан ответил громогласным:
– Черта-с-два! Мы почти закончили! Нам не заплатят, если мы придем с неполными…
Около меня также разгорелся конфликт: Ян просил Инанну телепортировать нас в безопасное место, к безопасному
– Я не мастер ментальных воздействий, – отказалась Инанна, – а мастер арочных переходов. И я не могу перенести вас в картинку из твоего разума.
– Он здесь?
«Джа-и здесь», – птицей ворвалась мысль, и я схватила Яна за руку, устремив взгляд на Инанну: