— Сейчас я снова введу её в транс, — произнес он с необыкновенной мягкостью. — И она вас увидит, обещаю.
Он заставил Нину заснуть. Потом сообщил ей, что её мама снова с ними. Потом досчитал до десяти.
Нина открыла глаза.
Посмотрела на мать.
Смущённо улыбнулась.
И спросила:
— Что здесь было, мама?
Машина катилась по заснеженной дороге. Снег искрился на солнце и глаза очень скоро устали. Китайгородцев смотрел за окно с прищуром, будто готов был вот-вот задремать. Но стоило какой-либо машине поравняться с ними, он тут же поворачивал голову и всматривался внимательно.
Потёмкин спал на заднем сиденье и проснулся только тогда, когда на подъезде к городу они остановились на автозаправке. Водитель вышел из машины, хлопнул дверцей. Потёмкин открыл глаза.
— Мы где? — спросил он.
— Подъезжаем, — ответил Китайгородцев. — Осталось километров двадцать.
Он смотрел за окно. Видел заснеженное поле, а дальше — лес. Подъехал грузовик, остановился рядом, загородив обзор.
— Я сейчас вспомнил эту девушку, Нину, — сказал Китайгородцев. — Как она смотрела перед собой и мать не видела, а вас видела. Вот грузовик стоит, — кивнул за окно. — И что, можно так сделать, что я его, к примеру, не буду видеть, а буду видеть то поле, которое он сейчас закрыл собой?
— Или поле, — согласился Потёмкин. — Или что-то ещё. Мало ли что вы себе вообразите. Но уж машину точно не увидите, это да.
— И такое любой гипнотизер сможет проделать?
— Опытный — сможет.
— А Михаил, как думаете, смог бы? — спросил Китайгородцев и посмотрел внимательно.
— А что он хотел бы сделать невидимым для вас? Или — кого? — вопросом на вопрос ответил Потёмкин.
Всё он правильно понял.
— Генерала Лисицына, например, — сказал Китайгородцев.
— Может, он с вами это и проделал? — пожал плечами собеседник. — И вы ходили по тому дому, то и дело натыкались на Лисицына, и при этом в упор его не замечали.
— А те два раза, когда я его увидел?
— Не знаю, — честно признался Потёмкин. — Возможно, сбой какой-то произошёл. Или вообще всё не так было, как я вам рассказываю. Откуда же мне знать, чего такого этот Михаил натворил, когда он в ваших мозгах копошился?
— А он копошился? — с хмурым видом осведомился Китайгородцев.
Неприятно ему было.
— Конечно, копошился, — сказал Потёмкин. — Тут никаких сомнений.
В этом городе Потёмкин уже бывал на гастролях. Год назад.
Администратор гостиницы улыбалась Потёмкину как родному.
— Мы вас помним, — сообщила она, расцветая на глазах.
Она радовалась, а Китайгородцев мрачнел. Он проводил Потёмкина до номера, а сам вернулся к администратору.
Спросил, не наводил ли кто-либо справок о приезде московского гипнотизёра Потёмкина.
Никто не интересовался.
Попросил показать список жильцов.
Никого подозрительного.
Дополнительно попросил поделиться сведениями о тех, кто забронировал места в гостинице на ближайшие двое суток.
Всего несколько человек, в основном из близлежащих населенных пунктов. Ничего настораживающего.
Китайгородцев прошёл по гостиничным коридорам. Всё, как бывает обычно в провинциальных гостиницах. Серьезных замечаний не было, если не считать того, что путь к запертой двери чёрного хода преграждали какие-то пыльные ящики. Китайгородцев попросил администратора эти ящики немедленно убрать.
— Куда я их уберу? — осведомилась женщина с недовольным видом. — И зачем вообще?
— Затем, — ответил Китайгородцев. — На случай пожара.
— Откуда здесь пожар?
Вместо ответа Китайгородцев зажёг спичку и бросил её в стоящую на лестнице урну.
— Что вы делаете?! — воскликнула женщина.
— Я сделал то, что может сделать любой из ваших постояльцев, — спокойно произнёс Китайгородцев.
Мусор в урне запылал. Женщина заметалась.
— Огнетушитель, — подсказал Китайгородцев. — По коридору направо.
Сам он не делал ни малейшей попытки потушить огонь.
Женщина убежала и вернулась с огнетушителем. Попробовала привести его в действие, но у неё не получилось. Тогда Китайгородцев пришёл ей на помощь. Потушил огонь, после чего сказал:
— Если здесь запылает, вы даже потушить не сможете. Так что не упрямьтесь, делайте, что говорю.
— Я вызываю милицию! — ожесточилась женщина.
— И правильно делаете. И ещё посоветую и пожарный надзор вызвать. Пусть протоколы составят. У вас тут запасной выход заблокирован. И ещё урна горела.
— Это ж вы!!! — задохнулась от подобного коварства женщина.
— Не я, — бестрепетно не согласился Китайгородцев. — Никто не видел. Нет свидетелей. Да, я шёл. Да, увидел в урне огонь. Да, забил тревогу, сообщил вам. Да, вы среагировали, огнетушитель принесли, но как с ним обращаться — не знали. Не обучали вас? С техникой безопасности проблемы? Вот пусть полиция с пожарными и разбираются.
Женщина промолчала. Растерялась, это было видно.
Когда Китайгородцев минут через тридцать спустился к двери чёрного хода, ящиков там уже не было.
Но гарью пахло до сих пор.
Не успело выветриться.
Директор местного Дома культуры не смог припомнить, чтобы кто-то наводил справки о гастролях гипнотизёра Потёмкина, но Китайгородцев всё-таки попросил его вызвать к началу представления милицейский наряд. На всякий случай.
