— Как она это делает? — прошептала я.― У нее есть нож?
Бэкс пошевелила пальцами.
— Ты могла бы предположить, что кто-то контрабандой протащил сюда лак для ногтей.
Но на ее ногтях не лак. Это засохшая кровь.
Мой желудок взбунтовался, словно я съела слишком много бурды.
— Когда я попала сюда, у нее на руках было только пять отметок, — сказала Бэкс. — А
стоящая вон там Гиа прибыла, когда их было двадцать. Ты должна пойти посчитать ее отметки,
чтобы она стала календарем и для тебя тоже.
— Умм… ясно, — я вернулась к листьям.
Кожа на пальцах была раздражена из-за работы с крошащейся поверхностью, а во рту
пересохло от мысли о девушке, режущей себя, чтобы следить за ходом времени.
— Бэкс, ты видела, чтобы кто-нибудь здесь использовал какие-либо иглы?
Может, мне все-таки не потребуется помощь Салли. Может, я смогу оставить
искусственные розы себе.
Она затрясла головой.
— Ты имеешь в виду в качестве оружия? Никогда не видела охранников с чем-нибудь
настолько незначительным. Почему ты спрашиваешь?
Разочарование расцвело у меня в груди, и я подняла немного травы вместе с листьями.
— Без причины.
Мы работали в тишине, пока не проревел звуковой сигнал, означающий окончание
пятнадцати минут. Когда я тщательно убрала листья в карман, Бэкс протянула мне свою охапку.
— Для меня? — потрясенно спросила я.
— Мне от них никакой пользы, — она пожала плечами. — Приятно было на пару минут
почувствовать себя ближе к моей бабушке.
Я взяла листья, и мы встали в строй позади всех остальных девушек. Прежде чем мы
вошли внутрь, я обернулась к Бэкс, достав из кармана красный лист.
Я протянула его ей.
— Как напоминание о солнце, — сказала я и понадеялась, что он передаст ей хотя бы
часть того утешения, которое дал мне лист Логана.
Я сложила лист пополам и свернула его в плотный цилиндр. Взяв другой лист, я обернула
его вокруг цилиндра. Согнуть и обернуть, снова и снова, пока складки не стали походить на
лепестки розы. Я связала основание крепким черешком и повторяла, пока у меня не оказалось
достаточно роз, чтобы сформировать букет.
Закусив губу, я осмотрела плод своих трудов. Опавшие листья хрупки по природе. Я
мягко приподняла букет, молясь, чтобы он выдержал. Это действие стало чем-то вроде спускового
крючка, и на меня один за другим посыпались вопросы. Они уже связались с моей матерью?
Скучает ли по мне Джесса? С кем в классе шутит Мариса?
Меня не должно это волновать. Я, скорее всего, никогда их больше не увижу. Теперь моя
жизнь такова. Эти стены. Поднос с бурдой. Свободный кирпич с глазом по ту сторону. Чем
быстрее я привыкну к этому, тем лучше.
— Нееееееет!
Мои пальцы сжались на розах, и я буквально в последнюю секунду удержала себя от их
уничтожения. Этот звук. Пронзительный. Причитающий. Вой души, отделяемой от ее тела.
Я услышала его снова, на этот раз громче, он шел из коридора.
— Вы не можете меня заставить!
Я резко подалась к передней части моей камеры и вжала лицо между прутьями решетки.
Это Бэкс, которую вел вдоль по коридору крепко сложенный охранник с бакенбардами.
Ее руки закованы перед ней в электрические ограничители. Он толкнул ее концом своей дубинки.
Она упала вперед, и он рывком вздернул ее на ноги. И все повторилось снова.
— Я не буду этого делать! — она свернулась в позе эмбриона на полу. — Я не буду!
Охранник поднял ее за руку, и ее тело распрямилось. Вниз и вверх по коридору я увидела
локти, высунутые из камер. Я представила девушек из внутреннего двора, у всех лицо прижато к
прутьям.
У всех руки прижаты к груди.
Охранник толкнул Бэкс дубинкой. Она полетела вперед, упав на живот напротив моей
камеры.
Она дико завертела головой, пока не сконцентрировалась на моем лице. Я не уверена, что
она узнала меня, но она потянулась через прутья и схватила меня за лодыжки.
— Ты должна остановить их, — просипела она. — Ты не можешь позволить им сделать
это. Со мной. С любой из нас. Заставь их прекратить.
Я опустилась на корточки. Я хотела коснуться ее лица, но не смогла дотянуться до него.
— Пожалуйста, — глаза Бэкс проникали мне прямо в душу и требовали. — Помоги мне.
Прежде чем я успела ответить, охранник перехватил ее тело в районе живота и поднял ее.
Он перекинул ее через плечо и пронес через оставшуюся часть коридора. Он остановился перед
таинственной дверью в конце коридора, той, которая до этого момента была закрыта.
— Извини, — хрипло сказал он. — Но у тебя нет выбора.
Он швырнул ее внутрь комнаты. Следующие несколько мгновений пронеслись размытым
пятном. Я услышала стремительные шаги. Скрип стола, словно его опрокинули на бок. Мужской
крик «Нет!».
А затем звук выстрела.
Глава 11
Я грохнулась на пол. Что произошло? Бэкс… застрелили? За что?
Мой желудок подпрыгнул. Мне захотелось забиться в дальний угол моей камеры,
свернуться калачиком, подобно тому, как сделала Бэкс, и оставаться в таком состоянии, пока у
меня в ушах не перестанет звенеть, пока образ ее обезумевших глаз не изгладится из моего
