Целую неделю из головы Ивана не выходила Даша. Гвардия была для него способом завоевать её вновь, как он теперь считал. И он всё ещё надеялся на какие-то её чувства.
Как-то Виктор рассказал ему:
— Сидели мы вчера с Катькой и смотрели знаменитую пьесу в театре, Оксана опять с женихом кериланцем гуляла… В общем, там в пьесе героиня хотела пообщаться с героем, но он не мог, хотя тоже любил её, но ему было больно.
И этой ночью (13 марта) Иван не мог уснуть, его как по голове ударило. «Она же почти плакала, — вспоминал он. — Она не хотела, чтобы я тогда уезжал. Мелкая Даша сказала, что ей не хочется вспоминать лето. У неё кто-то есть — ерунда! Она не хочет со мной общаться… Всё сходится, я ей небезразличен».
Но неуверенность в этом вселила в него страх. Ваня решил узнать, где она. Связавшись с Мариной и Олесей, он узнал, что Даша работает помощницей при охране одного из окраинных военных парков, который, кстати, находился недалеко от города, а именно рядом с центральным парком. Иван попросил не говорить Даше о своём приезде, взял с собой Виктора и в ближайшее воскресенье отправился туда.
Чем ближе трансоль подлетала к месту, тем сильнее у Ивана билось сердце. Он буквально чувствовал удары горлом.
— Ой, Витя, — говорил он. — Как я трепещу перед этой встречей. Ей богу, никогда так ни переживал.
И действительно, его трясло, по всему телу била дрожь. Когда они доехали, сердце у Ивана чуть из груди не вылетело. Они приблизились к месту, где их уже ждали некоторые люди. Гости подошли к компании, их поприветствовали. За метр от Иван стояла она… Даша, девушка его жизни.
Завязался весёлый разговор с другими гвардейцами. Иван шутил, что-то рассказывал, искренне интересовался гвардейскими новостями. Ребята с иронией поведали, как некоторым служащим повысили зарплату на десять золотых, в то время как в Кроне депутатам повысили её на несколько тысяч. Затем Иван вдруг повернулся к ней и робко проговорил:
— Привет, Даш.
— Привет.
— Как дела?
— Хорошо.
Через несколько минут она изъявила об уходе. Иван отвернулся от компании, находиться в которой ему очень понравилось, и, оставив её за Виктором, пошёл за Дашей.
— Постой, — проговорил он, останавливая её.
— Чего ты хочешь?
— Скажи мне, почему ты не желаешь со мной общаться? Тебе больно?
— Нет, мне не больно.
— Тогда почему?
— Я наоборот не хочу причинять боль тебе.
— Как?
— Нам не надо общаться, потому что я могу предложить тебе лишь дружбу, а я понимаю, что мужчина не может дружить с той, которую любит.
Он подошёл ближе и попытался обнять её.
— Дашуля, я люблю тебя, я всё это время думал о тебе.
— Ваня, не надо.
— Надо, я не могу забыть тебя. Я прошу тебя, разве ты не помнишь того, что у нас было… Кто-нибудь ещё, мужчина и женщина, ходили вместе на Трибейское озеро?
— Да!
— Ты не помнишь наших минут, проведённых вместе?
— Нет.
— Неужели ты ничего не чувствуешь ко мне?
— Из чувств любви — нет.
— Пойми, мне даже приятно просто общаться с тобой, просто видеть и слышать тебя.
— Ваня, не надо.
— Скажи, у тебя кто-то есть?
— Да, у меня есть жених.
— Кто он? — воскликнул Иван. — Где живёт?
— Ты что меня за дуру принимаешь?
— Нет! Ни в коем случае!
— Тогда ты же понимаешь, что я не скажу тебе, ни как его зовут, ни где он живёт!
— Но…
Даша уходила. Иван пытался удержать её, но не знал как, не знал о чём с ней ещё поговорить, что спросить, когда она так настроена. Он просто хотел быть рядом и говорить с ней, хотя не знал как и о чём. И она ушла.
Несколько минут на душе оставалось хорошо и легко. Скоро они уже сидели за одним столом и общались с Виктором.
— Неплохое кафе, — улыбался Витя. — Совсем рядом с парком.
— Ты видел её? — проговорил Ваня. — Она бесподобна! Её не описать!
— Не продолжай, знаю, что дальше будет.
— Ну вот почему теперь так…
— Да, за год изменилось только одно.
— Что?
— Год назад она за тобой бегала, а теперь ты за ней.
Эти слова как стрела впились в Ванино сердце, и он с горечью произнёс:
— Да я ей как тогда, так и сейчас не нужен был.
Когда Дарья снова вышла из небольшого поста помощниц, Иван спросил её, почему она год назад писала ему по тилису.
— От скуки, — ответила она.
Но боль от этого ответа он почувствовал только потом, потому что, когда он говорил с ней, ему было хорошо! Он впервые за долгое время чувствовал спокойствие, когда говорил с ней. Позже он сказал про это так: «Радость — это спокойствие души. Радость души — это счастье».
Вечером, когда Виктор уже ждал у трансоли, Иван сидел и говорил с Олесей.
— У неё правда есть жених?
— Да, — отвечала та. — Она нам с Мариной даже его фото показывала.
— Какой он?
— Ну, высокий красавец. Ещё у него мелирование. К тому же, ты ведь понимаешь, она к своим родителям привязана, а они тебя хлебом и солью как её жениха и принца не встретят. Она говорит, они его ей сами подыскали.
— А она его любит?
— Ну, наверное, да, раз они хотят пожениться. Сам понимаешь, он какой-то вельможа, если не принц — красавец мужчина, а ты кто — лишь изгнанный гвардеец.
— Понимаю, — тяжело вздохнул Иван.
— Но ты не расстраивайся, другую найдёшь.
— Иван! — послышался голос Виктора. — Поехали уже!
