Валерий рассмеялся и отключил тилис. Александр вскочил со стула и начал бродить туда-сюда по комнате. Вдруг из тилиса раздалась боевая, героическая музыка. Это был племянник. Сначала король не хотел отвечать, но вскоре всё же прикоснулся к серому облаку вокруг экрана и окунулся внутрь.
— Всё пропало, Саня, — сразу же закричал он. — Всё пропало!
— Что с вами, дядя?
— Я с Криловым говорил, мы должны убегать! Убегать в Войланск…
— Что? Убегать? Ни в коем случае. Дядя, вы знамя для нашего народа, без вас королевство обречено.
— Это единственный выход… У нас мало шансов! Надо спасаться!
— Да что ж вы такое говорите, дядя. Вы, очевидно, нездоровы. Так ни в коем случае поступать нельзя!
— Война проиграна! Нам надо бежать! Пойми, Саш, меня самого совесть гложет, но что поделать! Они оставят нам титул… Но посмеются над нами… Война проиграна. Саша, я хочу спасти тех, кого я люблю.
— Мы как раз и воюем за право любить.
— С этой войной вы все забыли, что такое любовь! Зачем вы напал на них жалкой горсткой волшебников?
— Во-первых, первоклассных гвардейцев, а, во-вторых, мы с минуты на минуту победим!
— Как? Это ты не здоров, тебе пора лечиться! Мы проиграли. О горе мне, горе!
— Да нет же, нет, — говорил наследник, но король будто не слышал. Он продолжал талдычить одно и то же. Александр кричал ему про грифоносфинкса, но тот как будто бы и не слышал. Его величество даже стал петь что-то грустное патриотическое. Наконец замолчал, обратился к племяннику, и тот снова сказал: — Победа будем за нами! У нас грифоносфинкс!
— Кто? Его не существует. Что у вас там орден Армега или клуб анонимных алкоголиков? Нет его, давно выяснили.
— Да он у нас дядя…
— Всё пропало, вы сумасшедшие и мелите чушь.
— Да сам посмотри, раз не веришь! — вскипел наконец Александр Младший и прикоснулся к тилису, поворачивая его к нужному окну.
Шёл бой. Иван стоял сзади. Он чувствовал, что находится на огромной высоте, метров с пятьдесят, что обладает не дюжей силой и магической энергией. Он во тьме начал двигаться к полю боя. Видны были все огненные и водные элементали, к тому же монстры, вурдалаки, яростные кентавры, демонические псы и прочие твари. Он махнул рукой на них. Все они начали отлетать и медленно гибнуть. За спину Ивана зашли многие гвардейцы, и он начал крушить могучих воинов Керилана, которые уже выставили свои каменные и воздушные щиты. Боевой дух его соратников поднялся, и они с новыми силами ринулись в бой. Вскоре силы сравнялись.
Гвоздев, отойдя от балкона здания штаба кериланской армии, дрожа, медленно подошёл к императору. Тот стоял возле балкона, в коридоре, освещённом факелами, расхаживая взад-вперёд, покуривая трубку с явно довольным выражением лица. Доклад был не из приятнейших.
— Мистер Крилов… — медленно и робко проговорил докладчик.
— Какие новости? — весело спросил тот. Гвоздев молчал. Император разглядел в этом что-то неладное. — Что такое? Что там случилось? — а затем всё же усмехнулся. — Армеговцы сдохли? Запашок?
Гвоздев, худой человек среднего роста с невыразительными и «скучными» чертами лица, покачал головой.
— А что там?
— Не очень… — еле выговаривал докладчик, запасной перед полем боя. — Не очень… Не очень хорошо…
— Как? — удивился император. — Что там случилось? — последнюю фразу он сказал чётко и требовательно, разбивая слова на слоги.
— Там… там… Мы, кажется, проигрываем.
— Как? Такого не может быть! Они что грифоносфинкса откопали…
— Да, — сказал Гвоздев, на каплю довольный, что ему не пришлось это произносить самому.
Император сначала расхохотался, но вдруг резко успокоился.
— Я гляжу, Гвоздев, ты в клоуны решил податься! Тебя в цирковую труппу записать? В тихом омуте черти остроумные водятся. К твоему сведению, это давно ни у кого не вызываем смех.
— Я… Я серьёзно…
Император со словами: «Этого не может быть!» прорвался к балкону, толкнув резервного бойца, да так, что тот упал. Стоя на балконе, он рассматривал поле боя. Многие из его людей убегали, духи стихий и монстры гибли, где-то бегали армеговцы, и почти сразу он заметил огромную фигуру с крыльями, хвостом, из костей красного и зелёного цветов. И тут взгляд этого чудища, вселяющий страх и поражающий своей гордостью, устремился прямо к балкону, где стоял император. Жертва обернулась туда-сюда и поняла, что оно заметило её. И тут грифоносфинкс поднял то ли правую руку, то ли правую переднюю лапу и махнул в сторону императора. В него полетел огненный снаряд. Крилов рванул внутрь и еле успел укрыться за стенкой. Раздался громкий шум. Стена повалилась и стала в два раза тоньше от удара.
— Вот чёрт, — злился император. — Они, видимо, уже успели его забрать! Это очень, очень плохо.
* * *
