— Нет, — покачала головой Лена. — Армеговцы не вариант: как бы мы не любили Катю и Ваню, их орден в ближайшее время разгромят. Власть Керилана распространяется всё дальше из-за этой мощной армии духов и монстров. Мы должны будем в дальнейшем незаметно влиться в ряды наших и зажить спокойной жизнью, но пока нам надо где-то отсидеться, пока парней ищут.
— У меня есть предложение, — сказала Варя. — У меня здесь неподалёку, в хижине, бабушка живёт. Я думаю нам там места хватит.
Через несколько минут пятёрка снова шла вдоль стены. Было уже за полночь. И тут им показалось, что вдали, тоже возле стенки, кто-то лежит. Первым это заметила Елена.
— Надо подойти помочь, — сказала она и ринулась к телу. Остальные следом. Подойдя ближе, она заметила, что это, скорее всего, женщина со средними по длине, очень чёрными и грязными вьющимися волосами, среднего роста, плотной фигуры, лежавшая вниз головой на траве, лицом почти что в грязи. Варя наклонилась, взяла тело за плечи и начала поднимать. Лена и Лиза задрожали.
— Кажется, тёплая, — успокоила их Варвара и перевернула тело.
Все пятеро отпрыгнули. В лежавшей в грязи девушке они узнали свою однокурсницу.
— Катя… — прошептала Елена и бросилась к ней, то держа за руку, то прижимаясь к губам.
— Ну как там? — с испугом спросила Варя.
Лиза стояла в стороне и старалась не смотреть в их сторону.
— Жива! — радостно вскрикнула Лена. — Просто без сознания.
— Точно? — спросил Гоша.
— На, — Варвара дала мужу руку лежащей девушки. — Сам потрогай, пульс есть!
Гоша и сам в этом убедился, повернулся к остальным и одобрительно кивнул.
— Если она спит, — сказал Сергей, — надо её разбудить.
— Сомневаюсь, что у тебя получится, — пресекла его Лена. — Мы с Катькой пару раз друг у друга ночевали, её почти невозможно поднять, покуда она сама не начнёт просыпаться.
Лиза всё стояла в стороне и молчала.
Сергей и Гоша решили проверить сказанное Еленой. Они обливали её ледяной водой, трясли, пару раз даже садились на неё, орали ей в уши, что девушки даже подальше отходили. Всё тщетно. Тогда Сергей и Гоша начали по очереди нести её, вместе с девушками двигаясь к хижине бабушки Вари.
Но вот через полчаса глаза Кати наконец открылись, и она застонала. Сергей положил её на землю.
— Катя, Катенька, — побежали к ней Елена и Варвара; Лиза по-прежнему стояла вдали от бывшей соперницы. — Катя, Катенька, как ты? Как тут оказалась? Что с тобой?
Первой реакцией пробуждённой был плач. Она почувствовала сильную душевную боль и застонала. Вспомнила плен, Костю, Ваню… Она перевернулась на живот, чтобы её лица не было видно, и продолжила реветь. Она думала только об одном… Ей казалась, что она какая-то грязная: и телом, валявшимся чуть ли не в канаве, и душой, валявшейся поневоле в чужой постели… Она плакала навзрыд, брала траву и рвала её, валялась по земле.
Подруги начали утешать её: приговаривать, гладить. Наконец плакальщица успокоилась.
— А как вы тут оказались? — второй её реакцией было удивление. — Вы что тоже убегаете от Керилана?
— Как хорошо, что мы встретились, — Лена по-дружески улыбнулась и рассказала Катеньке историю и сегодняшнего дня, и последнего времени их проживания в Войланске. — А с тобой-то что? Как ты тут оказалась?
У Кати как будто ком в горле встал, она никому бы не смогла этого сказать, не смогла бы поделиться. Её ударила внутренняя боль, из глаз потекли слёзы. Наступила минутная пауза.
— Я с отрядом ордена Армега, — наконец выговорила она. — Пошла в разведку. Меня взяли в плен, и я убежала.
— Поэтому ты и плакала? — Варя погладила её по волосам, которые она помнила всегда такими красивыми, объёмными, кудрявыми. А сейчас они были растрёпанные, грязные и рваные.
Катя с большим трудом едва кивнула.
— Ну ладно уже, — вдруг вспылил Сергей. — Пойдёмте к хижине.
По дороге они спрашивали новую спутницу о её жизни в Борсии, об Иване и Володе, о сёстрах.
Наконец ближе к утру они дошли до старой разваленной хижинки. Их встретила старушка лет восьмидесяти, спокойная, добрая, низенькая, с небольшим горбиком. Это была бабушка Варвары. Итак, все они поселились в этом одноэтажном жилище. Катю временно положили на печь, так как она была ещё очень слабой, и её организму требовалось оздоровление, а остальные устроились во взятых с собой спальных мешках на полу или на раскладушках. Хижина вся разваливалось, но в ней было тепло и уютно.
Катя, порыдав ещё некоторое время, поднывая, уснула. Ей, как и в прошлый раз, когда она лежала лицом в грязи, снились всякие ужасы: Костя, кровь, война, а самое страшное — мёртвый Иван…
В то время, пока король Борсии праздновал ничью в сражении около центра кериланских войск между ними и орденом Армега, император в ярости ходил по комнате, в которой кроме него был лишь Фёдор Лапутин, сидевший за столом.
— Значит, — резко выговорил император. — Какая у нас есть информация?.. Как управляется скелет грифоносфинкса?
— Магмуаром, — сказал Лапутин.
— И кто им управляет? — продолжал Крилов.
