«Нигати», – это была, пожалуй, единственная периодически повторяющаяся мысль, которая каждый раз тревожила воспалённое сознание, действуя подобно дефибриллятору.
Хранительница начала работать над инструментом Демены часами напролет, не замечая ничего вокруг, не чувствуя ни голода, ни усталости – ровным счётом ничего, кроме боли в руках, которая никак не хотела отступать. Ти не имела понятия о времени, даже не задумывалась об этом, методично вырезая лазером детали из оргстекла, вернее, его подобия, точно по схеме, соединяя их между собой. Акрил был единственным более-менее подходящим материалом, который нашелся в доме – вроде бы, когда-то с ним работала мать Ти, зачем-то пытаясь усовершенствовать, сделать из этого нечто универсальное, что, к слову, так и не удалось. А теперь “бесхозный хлам” в виде нескольких солидных по размеру акриловых пластин пришелся как нельзя кстати.
Ти действовала больше на автомате, практически не отдавая себе отчёт в том, что делает, будто бы кто-то запрограммировал ее подобно роботу. Где-то рядом, кажется, сидела Кей, иногда что-то спрашивала про лазер, удивляясь тому, что такой тип их ещё существует; про самочувствие, ещё про какие-то вещи… Все это откладывалось где-то на периферии, оставаясь без ответа, но у хранительницы Пятнадцати не было времени об этом задумываться. А пришла в себя она лишь тогда, когда её чуть ли не насильно оторвали от флейты.
– Сдурела, что ли?! – почти орала Кей, несильно встряхивая за плечи. – Ты должна отдохнуть, ты хоть знаешь, сколько времени прошло?!
Ти не знала. По крайней мере, ей казалось, что прошло не так уж и много, максимум – полдня.
– Прошло почти два дня, – чеканит Сэати. – Два. Дня. И это по времени Обители, Ти. Это ненормально.
– Да я же в порядке… – слабо протестовала та, в самом деле не чувствуя ни малейшей усталости, но духи и Кей были непреклонны и буквально силком уложили её в постель.
– Ага, в порядке, – скептически фыркнул Огненный, поправляя одеяло. – Это пока у тебя Потенциал на всю катушку долбит, а как только перестанет, ты грохнешься от истощения и будешь валяться рядом с Февиси. Как в лазарете.
– Где?…
– Неважно. Лежи и не двигайся. И глаза закрой. Закрой, я тебе говорю.
Девушке ничего больше не оставалось, как со вздохом повиноваться, но сна все равно не было ни в одном глазу.
– Вот и умница, – одобрительно произнес менифеси. – Так и надо. Десита, рассчитываю на тебя – контролируй ее отдых.
– Так точно! – радостно выпалил младший дух, и Ти почувствовала, как он ложится рядом, крепко обнимая.
– Отлично. Тогда спокойной вам ночи. И да – я все вижу.
– Надо же, Исати прямо как мамочка, – где-то неподалеку хрюкнул от смеха Ветреный. – Ай! Руки-то попридержи свои.
– Сейчас как дам…
– Что за привычка сначала делать, потом угрожать?
– Отстань от меня, Нефаси, иначе я могу повторить.
– Ой-ой, – судя по тому, как отдалялись их голоса, духи ушли, и Ти с Деситой одновременно прыснули от смеха.
– Сейчас им обоим от Зефену достанется, – доверительно прошептал дух, забавно прикрывая рот ладошкой. – Или от Сэати.
– Такие милые… – тоже шёпотом ответила хранительница, стараясь не разбудить давно спящих рядом менифеси, и приобняла Деситу. Дух внезапно перехватил ее руку, принимаясь разглядывать блестящие массивные узоры Потенциала.
– Болит, да?
– Нет, что ты, все уже хорошо, – беспокоить менифеси отчего-то не хотелось, поэтому Ти решила немного соврать, хотя на самом деле казалось, что болел каждый миллиметр обеих рук – как снаружи, так и внутри.
Возможно, Десите не очень в это верилось, но дух не стал подавать виду; вместо этого он прижал руку девушки к своей груди, и от столь трогательного жеста защемило сердце.
– Моя Ти самая сильная, да-да, – эти слова были сказаны с такой неподдельной гордостью, что не могли не вызвать улыбки. – И монстрам может врезать, и погнуть эти странные стёклышки тоже может…
– Ты о чем это? – не сразу сообразила девушка.
– Мне просто понравилось наблюдать за тем, как ты мастеришь флейту для Демены.
– Погоди, ты хочешь сказать, что… – не поверила она своей догадке.
«Я… Акрил… Руками… Это же невозможно», – сглотнула Ти, напряжённо силясь вспомнить, как именно она работала над инструментом, но в голове, как на зло, все отпечаталось каким-то невнятными фрагментами, и девушка вдруг поняла, что начинает откровенно побаиваться саму себя. Неизвестно, на что ещё способен этот Потенциал…
– Да-да, это очень здорово, – просиял менифеси, не догадываясь о душевных метаниях своей хранительницы. – Ты самая крутая гаридияни в мире, не слушай никаких Рассветных… ой.
Очевидно, в планы Деситы не входило упоминать Нигати, чтобы не тревожить и без того взвинченную Ти, но дух проболтался и теперь выглядел очень виноватым.
– Спасибо тебе, – девушка решила сделать вид, будто не слышала последних слов и аккуратно замять тему, чтобы спасти Деситу от неловкости. Она подалась немного ближе и легонько коснулась губами лба духа, отчего тот смущённо фыркнул и прижался. – Твои слова имеют для меня очень большое значение. А теперь давай спать, а то Исати это не понравится.
