Эн Гала, едва Бо Юлун начал изливать своё недовольство брату, раздраженно хмыкнула и нетерпеливо застучала босой ногой по земле, в ожидании, пока муж не прекратит своё нытьё. Но Бо Илхюза, кажется, такое поведения брата нисколько не смущала. Напротив, он согласно покачал головой и, пожав плечами, заметил:
– Для отца столетия – всего один миг. Да и к тебе он никогда не проявлял достаточно благосклонности. Так что, нет ничего удивительно в том, что отец тебя не принял, – на это Бо Юлун ответил раздосадованным вздохом. – Но с каких пор ты стал таким послушным, братец? – вопросительно проскрипел арахса. – Разве отцовское «нет» – для тебя не открытый призыв к действию?
– Хм, – задумчиво протянул Бо Юлун, постукивая пальцем по подбородку. Эн Гала закатила глаза и в нетерпении сжала кулаки. Бо Гэллан, заметив опасную ситуацию, энергично замотал головой, и богиня Огня послушно глубоко вдохнула и погасила возникшие было искры.
– Скажем так, – наконец произнёс Бо Юлун, когда его задумчивость превысила все немыслимые границы. – Я всё тот же бог, для которого мнение отца всего лишь рекомендация, а не непреложное правило. Но на этот раз мне необходимо проявить некоторую покорность и толику терпения.
– И почему же это? – в скрипе арахсы послышались ироничные нотки. Он выжидательно щелкнул челюстями и поочередно поморгал восемью глазками.
– Есть некоторые причины… Некоторые обстоятельства… – размыто начал Бо Юлун. Эн Гала, стоящая рядом с ним, снова недовольно нахмурилась и принялась сигнализировать мужу глазами, но он ничего не замечал.
– Какие же? Не поделишься со своим младшим братом? – продолжал допытываться арахса, который в отличие от Бо Юлуна прекрасно замечал то, что для него не предназначалось. Верно истолковав сигналы Эн Галы, он непринужденно вопросил: – Твоя жёнушка снова чем-то разозлила отца?
– Довольно вопросов, Бо Илхюз! – не выдержала Эн Гала, её и без того огненные волосы опасно зашевелились всполохами пламени вокруг её бледного лица. – Я старше тебя, имей уважение! Прекрати ненужные вопросы и выслушай нашу просьбу!
Арахса лишь пожал плечами и щелкнул челюстями. Склонив голову набок, он спокойно парировал:
– Пусть ты и старше, Гала, но положение моё выше, да к тому же, ты находишься в моих владениях с просьбой к моей персоне и позволяешь себе подобное поведение. Кто из нас кому должен выказывать должное уважение? Мне напомнить тебе, где твоё место?
Арахса говорил непринужденно, лениво растягивая слова, но в его скрипучем голосе чувствовалась неприкрытая враждебность к богине Огня, на которую, впрочем, она отвечала не менее враждебно.
Бо Гэллан с неудовольствием хмурился, слушая, как дядя опускает его мать, но предпочел промолчать. Хоть он и был младше Бо Илхюза всего на двадцать семь лет, но в силах он не мог с ним сравниться, поэтому стоило помалкивать, пока бог Иллюзий не вышел из себя и не превратил его в какую-нибудь гадость, подобную арахсе.
– Давай покончим с глупостями и перейдем к делу, – вдруг посерьёзнел Бо Юлун и оборвал брата на полуслове, когда тот вновь решил обратиться к богине Огня. Он выпрямился в седле, звякнув золотым доспехом, и размеренно начал: – Нам с Эн Галой и Бо Гэлланом необходимо незаметно покинуть Небесную Твердь и наведаться в свои владения, чтобы защитить их от Лунного пантеона и Мглы, если, конечно, от наших земель ещё хоть что-то осталось. Для этого нам необходима твоя помощь, только ты сможешь отвести внимание отца и провести нас через свои владения в Лесу Заблудших душ в Солнечную Юдоль Смертных. За своё одолжение ты, несомненно, получишь то, чего попросишь, брат мой.
Бо Юлун с сосредоточенным ожиданием воззрился на Бо Илхюза, но тот лишь со скрипом рассмеялся:
– Польщен, что в трудную минуту ты обратился ко мне, старший брат. Но вынужден отказать тебе в просьбе. Отец не просто так всё это затеял, так что тебе и твоему семейству лучше не покидать Тверди. Так будет лучше для всего рода.
– Что? – опешил на мгновение Бо Юлун, вся его серьёзность мигом развеялась. – С каких пор тебя волнует судьба рода? И это говоришь мне ты, бог, который любого готов измучить до смерти, будь то брат или родная мать, лишь бы тебе не было скучно. Воистину неисповедимы пути твои!
Бо Илхюз вновь пожал плечами и поочередно мигнул всеми восемью глазками.
– Я старею, брат мой, мне недавно перевалило за тысячу. Семья теперь так много для меня значит, – покачав мохнатой головой, произнес бог Иллюзий. – Не до веселий в наши дни, особенно, когда приходится приглядывать за детьми. Они стали такими самостоятельными, вечно попадают в передряги без моего вмешательства и меня очень беспокоит, что дети мои перестали во мне нуждаться. Но что ж, яблочко от яблони…
