Может быть, это был как раз тот толчок, которого ему не хватало. Мэгги бросила его (еще до того, как они расстались), и, возможно, ему давно следовало отплатить тем же… хотя сотрудницу полиции, показывающую фотографии пропавших детей, трудно расценивать как движение вперед.
И все же это начало.
Сьюзен прибыла на своей патрульной машине на пять минут раньше запланированного времени, в полной форме. Наблюдая, как она идет по дорожке, Эрик представлял, как бы это выглядело, если б она пожаловала с дружеским визитом, в платье и туфлях на каблуках, с дамской сумочкой под мышкой вместо ужасных полицейских папок. Внешне она была полной противоположностью Мэгги – брюнетка против блондинки, миниатюрная против высокой, карие глаза против голубых, – но, на его вкус, ничуть не уступала ей в красоте. Может быть, даже превосходила, потому что не трахалась с Джимом.
– Рада снова видеть тебя, Эрик. – Сьюзен улыбнулась, входя. – Спасибо, что нашел для меня время.
Эрик, чьи нервы расшалились, как никогда раньше, изо всех сил старался, чтобы его голос звучал ровно.
– Я сегодня выходной, так что ты выбрала удачное время. – Он провел гостью в гостиную и предложил выпить. Она согласилась на кофе и предпочла сесть за кухонный стол, где можно было разложить фотографии.
– Вообще-то твой звонок меня шокировал, – признался Эрик, когда они устроились за столом. – Я даже смутился, когда увидел тебя. Ты ведь, наверное, решила, что я сумасшедший… Держу пари, ты никогда бы не догадалась, когда мы встретились в «Луне», что я приду в участок с такой историей.
Она усмехнулась:
– Жизнь полна сюрпризов, да?
– Мне ли не знать.
Она посмотрела на него внимательно.
– Похоже, что какая-то часть твоих снов может оказаться правдой.
– Шутишь.
– Помнишь, как ты сказал, что для дела важно имя Милтон? – Он кивнул, и она продолжила: – Оказывается, ближайшего соседа Джеральда Никола зовут Милтон.
Эрик медленно покачал головой:
– Я понятия не имел. Честное слово.
Сьюзен, казалось, облегченно выдохнула.
– Я верю тебе. И это еще не все.
– Не все? Думаешь, этот Милтон, сосед, имеет отношение к делу? Думаешь, он тоже пострадал от Джеральда?
– Нет, но я вернусь к этому. Сначала хочу показать тебе фотографии, хорошо?
– Конечно. Давай.
Сьюзен открыла одну из трех папок, с которыми пришла, и извлекла стопку из примерно двух десятков фотографий пропавших мальчиков, все соответствующие возрасту и физическому описанию Ленни Линкольна. Она разложила их на столе перед Эриком.
– Не торопись. Посмотри на фотографии внимательно.
Эрик наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть изображения.
– Господи… Все эти дети пропали без вести?
– Боюсь, что так.
Он покачал головой, пробормотав:
– Куда же они подевались?
– Хотела бы я знать.
– Извини, но я не узна
– Ты имеешь в виду, видеть во сне?
Эрик старался не встречаться взглядом со Сьюзен. Ему очень не нравилось лгать.
– Да, именно так.
– Все в порядке, – успокоила его Сьюзен. – Пусть ты не узнал никого, но это лучше, чем заявить ложное опознание. Иногда люди так стремятся помочь, что почти чувствуют себя обязанными опознать кого-то. Думают, что подведут нас, если никого не опознают, и поэтому выбирают наугад.
Сьюзен убрала фотографии и, достав новую пачку из второй папки, разложила снимки на столе.
– О, – сказал Эрик. – Не знал, что у тебя есть еще.
Она кивнула, внимательно наблюдая за ним.
– Как насчет этих детей? Кто-нибудь знаком?
На этот раз Эрик присматривался дольше.
– Мне жаль, но нет. – Он провел ладонью по волосам и откинулся на спинку стула. – Есть двое похожих, но это не он.
Сьюзен молча собрала фотографии и достала стопку из третьей, и последней папки. Она разложила не больше четверти снимков, когда Эрик вскочил со стула. По коже у него побежали мурашки.
– Он! – Эрик схватил фотографию и повернул так, чтобы Сьюзен могла видеть. Руки у него сильно дрожали. – Это он.
– Ты уверен?
– Могу поклясться чем угодно. Это… Это он. – Эрик потер руки, внезапно почувствовав, что замерзает. – Кто он такой?
– Мальчик по имени Ленни Линкольн. Исчез в начале шестидесятых, когда играл на улице со своим старшим братом. Как зовут брата? Милтон.
У Эрика отвисла челюсть.
– Поверить не могу… – Ему никак не удавалось сформулировать свои мысли, зато внутри нарастало желание закричать. Он изо всех сил пытался найти логическое объяснение происходящему, но не находил, и страх только усиливался. Как он мог видеть ребенка, который мертв уже несколько десятилетий? Если он сходит с ума – если у него снова приступ, один из этих так называемых