– Зачем мне это? – спросила она с серьезным выражением, в котором почти не осталось места для скептицизма. – У меня нет причин обманывать тебя.
Эрик снова сел и осторожно положил фотографию Ленни на стол.
– Пожалуй, что нет.
– Послушай, Милтон живет по соседству с Фермой смерти, и он жил там еще тогда, когда исчез его брат, – продолжала Сьюзен. – Тело Ленни так и не нашли. Считалось, что, может быть, на него напал дикий зверь, который и утащил тело. Джеральд в то время жил на ферме.
В животе у Эрика перекатывался ледяной шар для боулинга.
– Я… я просто не могу… Ты хочешь сказать, что один из детей, которых нашли на той ферме, – Ленни Линкольн? Ты ведь это имеешь в виду, да?
Сьюзен ответила не сразу. Сложив руки перед собой на столе, она негромко сказала:
– Я не говорю, так это или не так, но я должна спросить тебя об этом. Возможно ли, что ты что-то напутал?
Эрик нахмурился.
– Напутал? Как? – Могла ли она узнать о его шизофрении? Весьма вероятно, что да, могла, если покопалась в его истории болезни, хотя ведь считается, что медицинская информация не подлежит разглашению и даже защищена законом.
Если Сьюзен и знала что-то о его болезни, то сообщать об этом не стала.
– Может быть, ты видел фотографию Ленни в интернете или слышал что-то от кого-то в городе? – Эрик ошеломленно уставился на нее. – Я не хотела тебя обидеть или предположить…
– Нет-нет, – сказал Эрик. – То, о чем ты спрашиваешь, вполне логично и разумно. Я просто немного шокирован всем этим. Никогда не думал, что мои… мои сны действительно имеют какое-то реальное отношение к делу.
– Спасибо тебе за понимание. Некоторые, знаешь ли, принимают все слишком близко к сердцу. Но я бы не выполнила свою работу, если б не задавала вопросы такого рода. – Сьюзен помолчала. – Могу я спросить тебя еще кое о чем?
– Валяй.
– На самом деле ведь не было никаких снов, так?
Эрик на мгновение задумался над ее вопросом.
– Нет, – наконец признался он со слабой улыбкой. – Снов не было.
– Тогда что было?
– Честно говоря, не знаю. – Эрик надул щеки и выдохнул. – Я… Послушай, мне трудно это объяснить, потому ты видишь только кусочки и обрывки…
– Так расскажи мне всю историю.
– Это сложно.
– Я вся внимание.
«Я действительно собираюсь это сделать? – подумал он. – Ты уже зашел далеко, но вполне можешь потерять все шансы с этой удивительной женщиной».
– Ладно. Итак, когда мне было девятнадцать, мне поставили диагноз – шизофрения.
– О’кей, – сказала Сьюзен и отпила глоток кофе.
– Вот как? О’кей?
Она тихо усмехнулась:
– Хочешь, чтобы я злилась на тебя?
У Эрика как будто камень свалился с души. Он обнаружил, что и сам немного посмеивается.
– Нет, конечно, нет. Я просто…
– Полагаю, за этим кроется нечто большее, – сказала Сьюзен, слегка пожав плечами. – И, поверь, при моей нынешней работе шокировать меня довольно трудно. Кроме того, у моей матери биполярное расстройство, так что я, в отличие от многих, в этом вопросе не брезглива. У тебя болезнь, и ты тут нисколько не виноват. И теперь у тебя все под контролем, верно? Я имею в виду: у тебя есть этот дом, работа…
– Конечно. Да, довольно долго все было под контролем. – Эрик отхлебнул немного кофе, откашлялся. – Я так долго принимал лекарства, что это стало моей второй натурой. Я не идеален…
– Совершенства никто не достиг.
– Но я также не так уж и болен, если ты понимаешь, что я имею в виду. – Она посмотрела на него немного растерянно, и он уточнил: – Я всегда буду шизофреником, но у меня не всегда будут симптомы.
– Ясно, поняла, – кивнула Сьюзен. – Тогда в чем, собственно, проблема?
Эрик провел рукой над фотографиями на столе.
– Вот в этом и проблема. Я не могу понять, откуда все это знаю. Я никогда не слышал ни о Ленни, ни о Милтоне; я живу в городе всего несколько недель и даже не знаю название улицы, на которой находится Ферма смерти. Все, что я знаю об этом деле, я знаю из новостей, а это не так уж много. В эти дни невозможно включить телевизор и не услышать о розыске того растлителя, Джеральда. И мне даже не пришло в голову узнать у кого-нибудь из здешних об этом деле. Впрочем, и знакомых-то моих в городе можно по пальцам перечесть. У меня нет детей, так что мне не нужно проверять этот квартал на предмет безопасности или что-то в этом роде. Это не та тема, которая меня интересует. – Он на мгновение задумался. – Да, я слышал, как двое моих студентов обсуждали ферму и говорили, как страшно, что она находится так близко к их собственным домам. И все же я просто не могу понять, как…
Сьюзен терпеливо посмотрела на него:
– И твоя первая мысль – это все галлюцинации? Вот почему ты солгал насчет снов.
– Я не знаю, что еще думать.
– Может быть, вообще не думать об этом?
– То есть как?
– Может быть, это всего лишь то, что оно есть, – сказала Сьюзен, пожимая плечом.
– И что же?
