Почувствовав тяжелое дыхание на затылке, он, вскрикнув обернулся… Завод. Он стоит перед заводом. От привычного воспринимания слова завод, не было ничего взаимосвязанного. Пару зданий стерты в ноль, забора токового нет, лишь окопы, оставшиеся от крепления железобетонного завода. Трубы, которые некогда пускали дым от производимого, пали на здания главных цехов, и образовали в них глубокие дырки. Что же внутри творится?
Намного правее находится больница. Кусок здания по центру не было, лишь обломки бетона и некогда оборудования лежали на земле. Парк больницы сам на себя не похож: деревья приняли странные изогнутые формы, некоторые из них были свернуты от попадания ракет в них. В больнице шли звуки пальбы. Присмотревшись, на правой стороне больницы стояло несколько тысяч людей, и на каждом из восьми этажей, минимум сто двадцать, на левой солдаты одеты как Клык, и отряд Леских.
Его кто-то дернул за спину. Резко обернувшись, перед ним была та самая черная фигура. Оно была сплошной тенью, выскобленной с земли, и принявшей форму человека. Оно так же махало ему, и от страха, Руслан выстрелил в нее, оно пропала.
Он побежал в больницу.
Звуки грохота взрывов были все громче, здание рушилось прямо на глазах, но обе стороны стоят. Но присмотревшись, он увидел на крыше снайпера.
Ему повезло так, что рядом был сгоревший каркас УАЗика, который отлично подошел ему для точки обороны.
Но когда он лег, перед ним встал аэропорт. Диспетчерское здание буквально держалось на канатах, и в самих терминалах шли бои не менее ожесточенные, чем в больнице.
Ему надо добраться как-то до больницы, и тем-более, не умереть за эти каких-то сто метров.
Размышление прервал снаряд в крышу, и ошметки снайпера долетели и до него. Встав, он на последнем дыхании вбежал в больницу.
Регистратура была полна трупов обеих сторон. Походу, бои шли так долго, что даже убрать трупов не хватает времени.
Лестница была в плачевном состоянии. Первый пролет был словно снесен, и пришлось цепляться за уголок чтобы залезть. Когда он выбрался на второй этаж, лестница грохнуло на пол, отчего стрельба на секунду остановилась, и из коридора вылетело двое солдат, прицелившись в Руслана, и готовясь нажать на курок, он показал жетон. Спасло.
– Ты кто такой блин? Какого хера ты тут делаешь? – нервно взяв Руслана за плечи, начал кричать солдат, ведь взрывы и стрельба оглушала.
– Там – моя жена! – кивнув на вторую сторону больницы, ответил Руслан.
Рация на груди солдата завибрировала.
– Прием-прием, левый сектор обороны, что у вас там? – послышался знакомый голос из рации. -К вам привели парня молодого? Русланом зовут.
Руслан тыкнул на себя, и солдат ответил положительно.
– Слушай сюда, Сокол, пока мы не придем, отбивайте атаку. Руслан, тебя это тоже касается, орденом награжу лично! Вернемся ночью, ждите!
Рация затихла.
Солдат кивнул чтобы шел за ним. Они поднялись по лестнице не шестой этаж. Как предупредил солдат: именно на шестом этаже идут ожесточенные бои.
Руслана поставили чуть ли не на самую передовую. Он стоял в бывшей ординаторской, где обвалилось здание, и вид ему был обеспечен отличный.
– Сокол! – крикнул один из солдат. – Сдаем назад, иначе никак! Потери велики!
– Руслан, бери «муху» рядом! Стреляй по ублюдкам!
Рядом лежал гранатомет. Сокол, быстро объяснив, что делать, отдал приказ стрелять. Морковка вылетела, и прилетела ровно в промежуток шестого и седьмого этажа. Этажи схлопнулись воедино, и даже сквозь расстояние были слышны крики агонии, хруст костей и горящей одежды.
Он убил еще людей… Он собственными руками убил сотню людей одним нажатием рычажка.
Переживать не было смысла, прилет. Такой же снаряд попал на седьмой этаж, и платформы пола, и потолка для них, обвалились, закрыв просмотр.
Шестой этаж загорелся. Яркое желтое пламя чуть ли не моментально разнеслось по этажу, и теперь, походу, агонии ждать ему.
В ушах словно что-то лопнуло, и после хлопка пошел громкий свист. Второй взрыв. Платформы обвалились, и с грохотом упали в промежуток. Началась стрельба из автоматов, те, кто на этажах ниже и выше, походу поняли, чтобы они смогли спастись, нужно освободить коридор, ведь если они покажутся, их быстро убьют.
Он получил резкую пощечину от Сокола. Руслан вскочил. Огонь уже начал сжигать стены, и медленно расходился по полу, и если бы Сокол, он бы остался в контузии и сгорал бы.
Сокол закинул к себе на спину, и начал спускаться.
– Вот это ты блин боец! Прием! – начал связь с рацией он. – Бой продолжать не можем, шестой этаж прорван, Руслан контужен, навряд ли сможет воевать, что делать Минский!?
– Прием! Мы уже идем! Веди его на базу. Что по ситуации, много мертвых?! – кричал Минский в рацию.
– Да весь этаж сдох помимо нас! Горилла вовремя ушел на базу докладывать обстановку, подох бы за милую душу! Прекращаю общение, следующее сообщение будет у базы! Конец связи.
– Настя… Нет, погодите, куда? А Настя? Неужели, не сейчас я ее спасу? Стойте, нет, нет, верните! Я продолжу воевать! – начал дергаться Руслан.