До свадьбы Алла успела немного поработать в детском центре, но после замужества работу бросила и больше о ней не заикалась. Михаил даже рад был. Ему хотелось, чтобы Алла встречала его, когда он возвращается домой. Кроме того, везде, где только можно, Княжич хотел появляться с ней. Ему было приятно радовать жену выходами в свет, кроме того, чего греха таить, льстило, что рядом с ним такая привлекательная женщина.
Рожать Алла отказывалась наотрез. Дескать, рано еще. Когда забеременела, сразу записалась на аборт. На ее беду Княжич вернулся на неделю раньше, чем планировал. О ее намерении узнал случайно: послушал запись на автоответчике, на которой подруга жены размышляла, как сделать так, чтобы муж ничего не узнал и не заметил. После скандала, слез и приступов взаимной агрессии Михаилу удалось уговорить Аллу не избавляться от ребенка. По глупости он надеялся, что с рождением малыша все наладится. Зря. Стало только хуже. Первый год Димкиной жизни она, правда, просидела возле него, но как только тот стал ходить, сдала в ясли и словно забыла о мальчике. Отводила и забирала ребенка няня, а на выходные Алла вручала сына своей матери. Та, конечно, была рада, но получалось, что Димка рос не только без вечно отсутствующего отца, но и без матери. В общем – круглой сиротой при живых родителях.
Так продолжалось до четвертого Димкиного дня рождения. Михаил изо всех сил старался вернуться с соревнований к этому дню и боялся не успеть. Предупреждать не стал – не был уверен, что все срастется, – а когда все же успел, его встретила пустая квартира. Почти семь вечера, и обычно в это время Димка уже был дома. А тут ни ребенка, ни няни, ни жены. Пустой холодильник и куча грязного белья в ванной.
Михаил заметался, стал звонить Аллиной матери, но та ответила, что третий день лежит в больнице, и где дочь, не знает. Наконец додумался позвонить няне. Оказалось, Димка уже две ночи ночует у нее. Алла на звонки не отвечает и домой с тех пор, как они виделись в последний раз, не возвращалась.
Михаил впал в прострацию. С Аллой что-то случилось! Ее сбила машина или напали бандиты.
Но все оказалось прозаичнее. Через три дня поисков, приступов отчаяния и ужаса, метаний по городу и звонков по всем возможным и невозможным телефонам оказалось, что она ушла от него.
К Рудику Малафееву.
Наверное, он страдал бы гораздо больше, если бы не был так удивлен. Когда Михаил пять лет назад сказал Малафееву об отношениях с Аллой, тот лишь поморщился и махнул рукой.
– Да ради бога! Не парься! По правде, не очень-то и хотелось! Девица не в моем вкусе!
Последняя фраза совершенно не задела Михаила. Он услышал только «не парься» и почувствовал облегчение. Все прошедшие после этого годы он не замечал, чтобы между Рудиком и Аллой были особые отношения. Да, по правде говоря, никаких не замечал! Тогда Княжич готовился к Чемпионату мира, тренировался до «умру» и домой приезжал редко. Но ведь Малафеев делал то же самое! Когда же они успели… спеться?
В состоянии крайнего удивления Михаил пребывал до того момента, пока не нашел в почтовом ящике повестку в суд. Алла подала на развод, как выяснилось, еще за две недели до его возвращения.
И тут Княжич до дрожи в коленках испугался, что больше никогда не увидит Димку.
Он бросился искать жену, чтобы любыми способами вымолить у нее прощение, пойти на любые унижения, заставить вернуться и не забирать у него сына.
Но Алла исчезла, причем окончательно, словно ее никогда и не было в его жизни. Молчал не только ее сотовый, не отзывались и телефоны подруг. Наверное, можно было дозвониться до Рудика или просто явиться на тренировку и набить лучшему другу холеную морду. Но ни звонить, ни являться к Малафееву с возмездием он не стал. Даже не потому, что понял бессмысленность подобных телодвижений. Просто выяснилось: Димку отнимать у него никто не собирался.
Через свою мать Алла передала, что не будет возражать, если ребенок поживет с ним. Она даже не добавила «пока». Значит, брать его в свою новую жизнь не хотела.
Это было довольно странно, но в тот момент он испытал облегчение и даже простил. И ее, и теперь уже бывшего друга.
Ему просто было интересно, как Рудик будет смотреть ему в глаза. Но умница Малафеев сумел избежать щекотливой ситуации. На очередной тренировке выяснилось, что Рудик давно прорабатывал возможность заключения контракта с Норвежским клубом и спешно выехал для его подписания.
Итак, Княжича бросила жена и предал лучший друг. Ситуация была довольно банальной и пошлой, но ему некогда было размышлять о прелестях малопочтенной роли рогоносца, потому что у него теперь была совершенно другая миссия: научиться жить вдвоем с сыном. Стать мамой и папой в одном флаконе, без всякой помощи со стороны.
Больше всего он переживал, как воспримет разлуку с матерью Димка. Ему только исполнилось четыре, и Михаил совершенно не представлял, как будет объяснять малышу отсутствие матери.
