— Дин? — сумел произнести, задыхаясь, Сэм. Он прекратил дергаться и теперь висел безвольно, слегка поворачиваясь в воздухе. Он смог поймать взгляд Дина.
— Дин, — произнес Сэм снова. Больше он ничего не сказал, но Дин знал, что это прощание.
Дин видел много ужасов за свою жизнь.
Он десятилетия пробыл в аду. Он видел много ужасов.
Но в тот момент он понял, что не видел ничего ужаснее, чем его брат Сэм, беспомощно висевший над этой ямой, и звук этого жуткого неизвестного чего-то все ближе, ближе, ближе. На этот раз душа Сэма будет уничтожена. Это был настоящий конец.
Сэм взглянул вниз, в дыру под ногами, и захныкал. От этого звука у Дина сжалось сердце. Он позвал: «Сэмми», — и Сэм посмотрел на него, но Дин не мог придумать, что еще сказать.
Никки отошел назад к столу. Он оперся на стол, скрестив руки на груди, и сказал Дину:
— Если ты готовишься к слезному прощанию, у тебя есть несколько минут. Мистеру Магме — и, кстати, я бы лично окрестил его «Магма-мэн», но о вкусах не спорят — в общем, мистеру Магме нужно подняться со дна магматической камеры. Это всегда происходит не сразу. Он всегда поначалу немного сонный.
Рокот раздался снова, еще ближе.
Дин закрыл глаза и начал молиться как никогда раньше. Он отчаянно молился человеку в пальто, Богу, Приятелю — всем, кто хотя бы гипотетически мог его услышать. Он произнес вслух, наплевав на то, что демоны услышат:
— Пожалуйста, помоги мне, пожалуйста, помоги, Калкариил поймал нас, демоны нас поймали, они бросят Сэма мистеру Магме, который сожрет его душу, это случится уже сейчас, помоги, пожалуйста, помоги, пожалуйста, помоги, пожалуйста…
Ничего не произошло. Никто не пришел.
Дин знал, что все кончено.
Перед его глазами все замелькало. На мгновение он увидел перед собой только пелену мерцающей статики. Потом, на какую-то долю секунды, он почувствовал вспышку ослепительной боли в правом боку — настолько сильной, что он закричал. Зрение затуманилось совсем: он видел перед собой одно лишь круглое белое пятно — остальной мир вокруг померк.
Он не мог дышать. Он задыхался. Он давился кровью. Боль была ослепительной. Что-то было в его горле. Кругом собрались люди — они держали его.
Секунду спустя как будто переключился выключатель: боль вдруг ушла, и он снова мог дышать. Зрение прояснилось, и он увидел Сэма.
И это было все. Это все, что дала ему молитва. Вспышку невыносимой боли и видение круглого белого пятна. «Отлично. Это очень помогло, Боже, — подумал Дин. — Знал, что ты не подведешь. Больной ублюдок. Круглое белое пятно. Большое спасибо».
Рокот раздался еще ближе. Никки зевал со скучающим видом; Харлоу безутешно смотрел в пакет из-под брецелей. Он перевернул пакет и вытряс из него в ладонь раскрошенные остатки брецелей. Потом слизал их с руки, смял пакет и бросил его на пол со вздохом.
Дин думал: «Круглое белое пятно. Круглое белое пятно. О!»
Шансов было мало. Очень мало. Но по крайней мере, это могло отвлечь их. «Выигрывай время. — говорил отец. — Выигрывай время».
Дин сказал, обращаясь к Харлоу:
— Если ты позволишь мне быть первым, если возьмешь меня первым, вместо Сэма, я могу тебе кое-что отдать. — Он кивнул в сторону пальто и добавил: — Что-то, что у меня в пальто.
Демоны переглянулись и расхохотались. Никки сказал:
— Господи, теперь мы перешли к стадии торговли. Почему вы, люди, всегда думаете, что можете торговаться? — Он наклонился и поднял со стола пальто Дина, пошарил в карманах и нашел там только пакетики M&Ms.
— Конфеты? Серьезно? Это твой козырь? Господи боже… — Он начал смеяться и швырнул пакетик M&M’s прямо в яму. Тот вспыхнул пламенем, еще не скрывшись из виду. Следом демон бросил в яму всю крутку и замахнулся рукой с последними двумя пакетами M&M’s.
— Дай сюда! — потребовал Харлоу и выхватил у него пакетики. — Господи… Незачем их выбрасывать. — Он разорвал оба пакета с концов, опрокинул их в рот не глядя и начал с удовольствием жевать.
Потом он поперхнулся. Его глаза выпучились. Он выронил пустые пакеты и схватился за горло. Повернувшись к своему товарищу, он начал неистово тянуть того за рукав.
— Какая же ты свинья, — сказал Никки. — Ты не можешь подавиться до смерти, придурок. Ты демон. Тебе не нужен кислород. Это просто неприятно.
Но Харлоу был в панике: он тянул Никки за рукав все отчаяннее, потом стал расцарапывать собственное горло. Он издавал высокие скрипучие звуки и раздирал себе горло, пока шея не покрылась кровавыми бороздами.
— Что за… — начал Никки.
Сквозь зубы Харлоу стали пробиваться лучи света, яркого белого света. Никки соскочил со стола, шагнул к Дину и заорал:
— ЧТО БЫЛО В ЭТИХ ПАКЕТАХ?!
Свет, сиявший сквозь зубы Харлоу, стал ярче. Это был чистый, серебристый, райский свет. Никки поморщился и в панике оглядел комнату и лестницу.
