- Мы имеем на это право ради благополучия нашего народа, - она ненадолго замолчала и добавила с видимым удовольствием: - А еще у тебя есть брат, хани. Неопытный и уязвимый.
Вж-ж-жик! Кэй'ли, сверкнув острыми гранями, промелькнула в опасной близости от лица жрицы и вонзилась в деревянную панель на стене.
Каруника даже не вздрогнула, лишь слегка побледнела. Она смотрела на Маржану - и не узнавала ее.
Обычно тихая, послушная девушка сейчас была вне себя. Щеки пылали лихорадочным румянцем, тонкие ноздри гневно раздувались, как у породистого скакуна, а глаза, еще мгновение назад живые, обычные человеческие глаза, казалось, застыли и превратились в две льдинки, настолько колючим, холодным и злым стал взгляд.
Жрица невольно поежилась. Проявления проснувшейся памяти предков ей приходилось наблюдать впервые.
- Не смей. Угрожать. Моему. Брату, - с расстановкой произнесла Маржана, не спуская глаз с Каруники.
Хани говорила тихо, но отчетливо, и Карунике отчего-то почудилось в голосе девушки змеиное шипение. Жрица поспешно прогнала неуместные мысли. Что за вздор?!
Хани еще с минуту сверлила Верховную немигающим взглядом, потом моргнула раз, другой, опустила глаза, вытерла выступившую на лбу испарину и попросила уже нормальным человеческим голосом:
- Уходите. Я устала и хочу отдохнуть.
- Как скажешь, божественная, - учтиво отозвалась жрица.
"Отлично, хани, - довольно подумала она, выходя из покоев наследницы престола. - Вот я и нашла твое слабое место".
Каруника ушла, но жрецы - те остались. И предприняли еще одну попытку склонить хани на свою сторону, убедить ее в необходимости войны.
- Дар, они не понимают меня! - горько всхлипывала Маржана. - Не слышат! Я им говорю: "Я чувствовала боль людей на войне!" А они: "Значит, и враги должны почувствовать то же!" Я им: "Но ведь будут гибнуть невиновные! Они пострадают незаслуженно!" А они: "Это наши предки страдали незаслуженно. Сиднарцы ответят за злодеяния своих отцов!" А я… А они…
Хайяри плакала горько, навзрыд. Наставник хмурился и пытался ее утешить, с трудом подбирая слова. Увы, бессильные.
- Я не понимаю… Почему они стали такими? Хайяры всегда были
миролюбивым народом. Они не вели войн, им это было неинтересно, да и
вообще противно их природе. Они жили искусством, творчеством, любили
окружающий мир. Они ценили свою жизнь и не помышляли о том, чтобы
отнять чужую. Почему они стали другими? Что заставило их
…Когда жрецы ушли, Маржана встала у окна, пытаясь успокоиться и привести мысли в порядок. Ее руки неприятно дрожали, виски покалывали первые иголочки боли. Как всегда бывает после сильного напряжения, хайяри почувствовала себя опустошенной. Напряжение… Опять! Она снова не смогла сдержать себя!
Маржана перевела взгляд в темноту за окном, подсвеченную лунным светом. Как, должно быть, сейчас хорошо на улице, под летними звездами, среди шепчущихся о чем-то деревьев… Хайяри вдруг отчаянно захотелось хоть на миг забыть о том, что произошло, отогнать от себя дурные мысли, раствориться в вечерней тишине, поверить, что не было ничего: ни родства со странными, непонятными хайярами, ни высокого происхождения, ни перемещения по мирам, ни близящейся коронации - ненужной, но неотвратимой… Ничего.
Хайяри распахнула оконные створки, впуская в комнату прохладный ночной воздух. В саду кипела своя ночная жизнь: звонко пели неутомимые сверчки, завели ночную перекличку лягушки - точь-в-точь как их собратья в другом мире.
Легкий ветерок взметнул занавески, прошелся по комнате, игриво коснулся волос хайяри. Ветер пах близкой рекой и полынью. Отчего-то это обстоятельство встревожило хайяри. Она глубоко вздохнула, вбирая в себя горький запах, и уснувшая было память откликнулась, услужливо подбрасывая полустертые картинки чужих воспоминаний…
…Огонь, боль, крики, кровь… Казалось, этому не будет конца. Они покинули свою родину, ушли от одной войны, чтобы ввязаться в другую в чужом мире, под чужим небом.
Местные жители не хотели пускать в свои земли чужаков. Они боялись их, малейшие проявления магии приводили их в ужас. Страшные, перепачканные копотью и землей чужаки, швыряющиеся непонятно откуда берущимся огнем и говорящие на незнакомом наречии, могут быть только демонами, рассудили туземцы. А демонов следует уничтожать. Огнем и мечом.
Хайяры не ждали отпора, они устали от смертей и не хотели убивать. Но, увидев несущуюся на них ораву людей, вооруженных факелами и всеми видами колюще-режущего оружия, дети Хайяримы дрогнули. Чудом спастись, уйти от преследования, пересечь границу миров, чтобы бесславно погибнуть от рук иномирских фанатиков?! Нет! Этому не бывать!
