- Вот и славно, милок, вот и спасибо тебе скажу, дай Алинара[7] тебе здоровья!.. Ох-ти батюшки, да вы ж устали поди, с дороги-то?! А я совсем вас разговорами умучила! Сейчас я вам постелю, да и спать ложитесь! Утро вечера завсегда мудренее!.. - с этими словами шебутная бабуля снова подхватилась с места и засеменила куда-то вглубь дома.
Через полчаса усталые путники смогли блаженно растянуться на теплых, прогретых летним солнцем тюфяках, набитых душистыми травами. Мужская часть компании обосновалась на чердаке, Маржана - в комнатушке хозяйки.
- А ты неплохо орудуешь мечом, - невпопад заметил Светомир, обращаясь к Дарилену. Мысленно он все прокручивал в памяти события прошедшего дня. - Самоучек таких не бывает. Неужто в Кровавой Сече[8] участвовал? Шрам у тебя оттуда? - через грудь мага наискось тянулся старый, зарубцевавшийся шрам - он лишь чуть-чуть не доходил до сердца. Дарилен, по правде говоря, по возрасту не выглядел ветераном тогдашних боевых действий - да кто их, магов, разберет? Может, ему тридцать лет, а может, и все двести…
- Учителя хорошие были, - сухо ответил маг. - Спи уже. Тебе нужен покой и отдых, забыл?
Вопрос про шрам он начисто проигнорировал, но Светомир этого уже
не заметил - он с легким сердцем порхнул в распахнутые объятия
ласковой Л
Уже на границе сна и яви в шелесте листвы за чердачным окном магу вдруг почудилось знакомое "мальчиш-ш-шка…". Он приподнялся на локтях, вслушиваясь и напряженно вглядываясь во тьму безлунной ночи. Но больше ничего подозрительного колдун не услышал. Светомир и Вотий мирно посапывали во сне, в ногах у колдуна возился, устраиваясь поудобнее, Кисс.
"Показалось", - решил маг и со вздохом опустился на тюфяк, почти мгновенно погружаясь в сон.
…Дарилену снилась горящая хата, за окнами которой бесновалась толпа.
- Дар! Дарик! Проснись, сынок! - всхлипывая, шептала мать, тормоша его, сонного, ничего не понимающего, и поднимая еще двоих детей - совсем еще маленьких девочек-погодок. - Дети, скорее в подпол! Закройтесь изнутри и сидите там тихо! Слышите? Ни звука!
Огонь уже лизал потолочные балки, и гудение пожара, смешиваясь с людскими голосами, доносящимися с улицы, рождало жуткую песню. Песню смерти. Через мгновение к крикам на улице прибавилось жалобное теньканье - это лопались оконные стекла, не выдержав жара.
Они были в трех шагах от крышки подпола - добротного, просторного каменного мешка с отдушинами, которому нипочем были любые пожары, он будто специально для таких случаев строился, - когда дверь, в наивной надежде спастись подпертая тяжелым дубовым столом, сорвалась с петель и с грохотом рухнула на пол. Стол отлетел в сторону, как пушинка. В едином гуле озверевшей толпы стали слышны отдельные голоса:
- Вот они, упыриное отродье!
- Не дайте уйти выродкам!
- Бей! В сердце бей гадов! Они только так издохнут!
В какофонию вплелись детский плач и мольбы матери, напрасно пытающейся спасти детей. Ей даже не дали договорить…
Внезапный сильный удар под ребра оглушил, разом выбив весь воздух из легких. Вслед за болью пришла тишина, окутавшая со всех сторон, будто мать младенца. Тишина - плотная, почти осязаемая, не пропускающая ни звука, заглушающая биение сердца, отчаянно пытающегося выжить…
Дарилен проснулся резко, как от удара. Опять этот сон… Ничем не вытравить из памяти события давно ушедшей в прошлое ночи…
За окном только-только начало светать. Маг немного поворочался, перевернулся на другой бок и снова задремал. Но, к его неудовольствию, сон всерьез вознамерился продолжиться: колдун снова услышал человеческие голоса. Впрочем, теперь их звучание изменилось: они стали тише, спокойнее и отчетливее. Прислушавшись, маг с немалым удивлением разобрал отдельные фразы: "Спит еще колдун. Не проснулся…" - говорил смутно знакомый голос. "Да я только одним глазком… Мне б одним словечком с ним перемолвиться…" - отвечали ему. "Сказано - спит! Позже зайдешь". "В очередь! - вклинился в беседу третий голос, раскатистый мужской бас. - Нас тут уже почитай два десятка стоит, и всем - одним глазком да на пару слов!.."
От удивления маг окончательно проснулся. "Чего только не привидится на пороге между сном и явью…" - сонно подумал он и вновь перевернулся на левый бок. Дарилену потребовалось еще примерно с полминуты, чтобы понять: это не сон.
Когда сия, без сомнения, мудрая мысль в полной мере достигла сознания мага, он вскочил с постели, кинулся к окну и осторожно выглянул из-за занавески, предчувствуя самое неприятное. Так и есть: у калитки радушной хозяйки, тетушки Харики, чинно, рядком стояли человек двадцать селян. Дарилен сдавленно охнул и попятился от окошка с веселенькими занавесками - ядовито-зелеными в не менее ядовитый красный цветочек. Что ж, прав был наставник, когда поучал его в отрочестве: "Плохой маг ищет работу годами, и не поймать ее такому чародею, как нельзя ухватить птицу-зорянку за радужный хвост. А к хорошему магу работа идет сама, как прикормленный зверь, - ее даже звать не нужно!"
