Впрочем, не один Светомир страдал в то утро. Мучились и другие - по большей части, угрызениями совести. Айна вдруг с ужасом вспомнила, как далеко за полночь приставала к Дарилену с предложением "скрепить дружбу поцелуем". "О боги, какой стыд! - думала графиня, заливаясь краской и изо всех сил стараясь не встретиться с колдуном взглядом. - Что он обо мне подумал?! Разве достойно такое поведение приличной девушки?" О том, что последовало за ее предложением, Айна не помнила совершенно, что отнюдь не прибавляло ей спокойствия.
Переживал и Дарилен - он-то помнил, что был очень даже не против претворения в жизнь графининой идеи, и помешало этому только то, что за миг до его согласия Айна самым прозаическим образом уснула.
"Что она обо мне подумает, если вспомнит случившееся? - сокрушался колдун. - Ну ладно она - впервые в жизни попробовала столь крепкое вино… И пиво… И гномий самогон… И что там еще было из выпивки?.. Но я-то! Взрослый серьезный полувампир, опытный и морально устойчивый маг! Мог бы взять себя в руки и вести прилично! Тем более перед благовоспитанной девушкой!"
Мрачнее тучи шла и магичка. Но не воспоминания о проведенном вечере огорчали ее - мало ли что существа, разумные в трезвом состоянии, не вытворяют под действием алкоголя! Ее расстроили события, произошедшие в ее отсутствие в Хворостцах. Дар, зная характер подруги, избегал упоминаний о сыне Митты, но непосредственный Вотий при первой же возможности неосторожно выболтал все магичке.
Дарилен знает меня с самого детства. Я уже и не помню, какой была моя жизнь до знакомства с ним. За это время он успел прекрасно изучить мой характер - порой кажется, что он знает меня лучше меня самой. Он и словом не обмолвился при мне о Каймене - бедном мальчике, пострадавшем из-за моей глупости и преступной небрежности. Дарилен промолчал, но Вотий, непосредственный, как все дети, горел желанием похвастать своим Учителем - и он простодушно выложил мне о случае в Хворостцах все, что знал сам.
Бывало ли у вас так, что в одно совсем не прекрасное утро вы вдруг понимаете, что, сами того не ведая, убили человека? Можете ли вы представить свои эмоции в этот момент? Дайте боги, чтобы вы никогда их не испытали. Потому что я знаю, о чем говорю. Ловушка в дверях моего дома, сработавшая на Каймене, была поставлена не на меня, как искренне полагал мой благородный, но наивный друг Дарилен. Она была поставлена мною.
Я не рассказала Дару и половины всего, что приключилось со мной за прошедшие два месяца. Я тоже слишком хорошо его знаю. Я постаралась описать происходящее весело, со смешками и шуточками, а сама внутренне тряслась от пережитого страха, чувствуя, как в районе солнечного сплетения вновь ворочается животный ужас и возвращается заставляющая цепенеть беспомощность.
Я знаю, что тот, кому нужна моя смерть (причем смерть на его глазах, иначе меня убили бы давным-давно, я не очень-то обольщаюсь на счет своих способностей), - маг. Сильный, опытный и очень, очень злой на меня за что-то.
Что делают люди, когда идет война? Правильно, они выстраивают собственные стратегические планы и пытаются разведать планы противника. А если не могут разузнать замыслы врага наверняка - пытаются предугадать его действия. Я попыталась сделать то же самое - ведь это моя личная война. Так сказать, локальный вооруженный конфликт. Я знала, что неведомый маг, воспользовавшись моим отсутствием, непременно зайдет в мой дом. Всем магам известно: хочешь убить коллегу по цеху - убивай в его собственном доме, там, где никто не ожидает нападения. Я позаботилась о том, чтобы ловушка не сработала на Дарилене, если он вдруг появится в моем доме, и ни о ком другом просто не подумала. Я была твердо уверена, что без моего ведома никто из жителей деревни ни под каким предлогом не сунет носа дальше порога - в свое время я их здорово запугала, надо полагать, значительно пополнив запас народных баек о злобных колдуньях. О боги, как я ошибалась! Я хотела избавиться от своего врага - в таких сражениях средств не выбирают, кто хитрее - тот и выживает. На худой конец, я могла бы узнать его имя - по-настоящему сильные маги редко умирают от черной харры, им есть что противопоставить заразе, но они здорово теряют контроль над своими заклинаниями, и я собиралась этим воспользоваться. Вычислить местоположение неведомого врага, его расу, стихию. Да мало ли что еще! И вместо этого я убила своими руками ни в чем не повинного парня, единственного сына одинокой матери. Наверное, было бы лучше, если бы оставшийся неопознанным маг убил меня за день до этого. Я бы меньше мучилась. Во всяком случае, умирала бы с чистой совестью, не ведая за собой грехов, которые невозможно замолить, вины, которую нельзя искупить, ошибок, которых не исправить…
