- А вдруг кто пригрозит в шутку, а я этой шутки не пойму?! У Светомира вечно шутки дурацкие - а ну как я рассвирепею от одной из них? - Маржана немного помолчала и, всхлипнув, продолжила доверительно: - Я не понимаю, что со мной творится. Раньше я даже мух бить не могла - мне было их жалко. Я лягушек спасала от деревенских мальчишек! А теперь?! Я становлюсь чудовищем!
"Не убивайся ты так, мой хозяин обязательно что-нибудь придумает. Он у меня уж-жасно умный, мр-р-р. Вот увидишь, он найдет решение, и окажется, что все не так уж страшно. Пойдем к ним".
Маржана на миг замешкалась. Ей вдруг стало стыдно и страшно показываться на глаза спутникам. Что они теперь о ней думают? Смогут ли они идти вместе с ней, как прежде, или отвернутся от нее - или, что еще хуже, начнут украдкой ее сторониться, отодвигаться на безопасное расстояние? Да и как она теперь сможет смотреть им в глаза, после того, что произошло?
"Пойдем, - Кисс легонько ухватил зубами подол маржаниного платья и потянул застывшую в нерешительности девушку за собой. - Не упрррямься".
Маржана зажмурилась и шагнула за котом. Как в речку с обрыва прыгнула.
На новой поляне, куда поспешили перейти путники (не оставаться же рядом с искромсанными телами), было тихо. Все ждали Маржану, уже начиная нервничать. Когда она появилась в сопровождении кота, спутники облегченно вздохнули.
- Маржана, ты… - начал Светомир, делая шаг навстречу. Девушка обреченно зажмурилась, ожидая услышать какую-нибудь очередную гадость и готовясь молча стерпеть все обвинения и упреки. - Ты вела себя как настоящий воин, - Маржана нерешительно приоткрыла глаза, не веря своим ушам. - Мы гордимся тобой, - закончил рыцарь, одобрительно ей улыбаясь.
Обед так и не состоялся. Произошедшее здорово подпортило компании аппетит. Но голод и усталость брали свое. К вечеру, когда прошло потрясение, путники по здравом размышлении пришли к выводу, что, как бы жутко ни выглядел исход стычки в лесу, все закончилось благополучно. А решив так и успокоившись, скитальцы почувствовали прямо-таки зверский голод.
- Привал! - объявила Заринна, скидывая с плеча сумку посреди небольшой березовой рощицы. - С места не сдвинусь, пока не поем!
За водой на этот раз отправили Светомира. Дарилен после разговора со светловолосым чародеем опасался оставить ученика одного и предпочел не рисковать.
Светомир с поручением справился не в пример быстрее колдуна, о чем рыцарь не замедлил сообщить по возвращении. Увы, одновременно говорить и идти с гордо поднятым подбородком получается не у всех. Рыцарь забыл о том, что он не в городе, на мощеной улице, а в роще, где на земле могут лежать камни, коряги и прочие мешающие передвижению предметы, и что неплохо бы иногда поглядывать под ноги.
Рыцарь зацепился носком сапога за лежащую на пути корягу, взмахнул руками… Удержаться на ногах ему удалось. Удержать в руках фляги - нет. На беду не все фляги оказались плотно закрытыми. Стоящего рядом Дарилена с головы до ног окатило водой.
Колдун оценил размер нанесенного ему ущерба и смерил рыцаря крайне недобрым взглядом.
- Я нечаянно, - пролепетал Светомир, попеременно то бледнея, то краснея. - Я не хотел…
- Давно собирался спросить - в рыцари всех таких криворуких берут? Вас специально отбирают, что ли?
- Я не криворукий! Подумаешь, оступился! - возмутился Светомир.
- Ну, стало быть, кривоногий, - невозмутимо поправился Дарилен. - Переодевайся теперь из-за тебя…
Маг, памятуя о присутствии дам, пошарил взглядом по окрестностям в поисках укрытия, дабы там без помех переодеться, но оного не нашел и, рассудив, что за чахленькими деревцами его все равно будет прекрасно видно, принялся стягивать рубашку через голову там, где стоял.
Благовоспитанная Айна стыдливо опустила глаза, изредка кидая любопытные взгляды на загорелую спину колдуна, всякий раз при этом заливаясь краской.
Маржана и Зари, повидавшие вдоволь мужчин с голым торсом, отнеслись к происходящему равнодушно - селяне мужского полу не считали зазорным в летний зной поработать иной раз и без рубахи.
Маржана проявила любопытство лишь однажды: ее привлек мелодичный звон. Несколько амулетов, которые колдун носил на шее, спрятанными под рубаху, переплелись друг с другом и зацепились за воротник. "Упадут", - мелькнула у девушки мысль. Ко всем связанным с магией предметам Маржана относилась с почтением, граничащим с благоговением. Позволить упасть на землю заряженным магией амулетам казалось ей немыслимым святотатством. Поэтому когда Дарилен, окончательно запутавшийся в мокрой, льнущей к телу рубахе, с раздражением рванул ткань чуть сильнее и амулеты соскользнули вместе с одеждой, Маржана без колебаний подставила ладонь.
В тот же миг янтарная капелька на хитро сплетенной цепочке из белого металла вспыхнула ослепительным светом, как миниатюрное солнце, и больно обожгла руку девушки. Маржана вскрикнула, выпустила камень, но продолжала сжимать цепочку, как завороженная, глядя на огонек.
На лице наконец-то выпутавшегося Дарилена поочередно проступили недоверие, безграничное удивление и замешательство.
