Крутанувшись в сторону звука, за что был наказан собственным телом, юноша прислушался. Вначале он уловил слабое журчание воды. Зов пришёл с этой стороны. Собрав волю в кулак, зеленоглазый, шаркающей поступью двинулся к источнику звука. Пройдя не более полусотни метров, он наткнулся на фонтан. Плюхнувшись в траву рядом с каменным бортиком, он промыл лицо. Холодная вода помогла прояснить мысли и собрать оставшиеся силы. В рябящийся волнами поверхности, юноша разглядел свое лицо: синяки, царапины и три глубоких длинных шрама, заключившие левый глаз в треугольник. Застыв на мгновение, мужчина встал и направился дальше, вглубь парка. К источнику слабого звука.
Достигнув небольшой поляны, спрятанной за спинами могучих дубов, юноша замер. Зрелище, надёжнее кандалов, сковало его тело и мысли. Лишь страх лишиться души и жизни, вывел мужчину из ступора. Его взгляд метался с места на место, пока не зацепился за одну вещь. Длинную чёрную ленту, шутовски завязанную на низких ветвях деревьев.
***
Маленькая печка-клетушка давно затухла. Сила горящего в ней огня осыпалась холодным жирным пеплом. Осаждающий землянку мороз, не преминув воспользоваться выпавшим шансом, отправил на штурм жилья свои легионы. Лишь одна маленькая лучинка коптила под потолком. На низкой кровати заворочался зеленоглазый. Его взгляд замотался по остывающему тёмному пространству. Мужчине понадобилось несколько долгих минут чтобы сесть и спустить ноги на пол. Правая сторона тела, закреплённая тугой шиной, вспыхнула адским огнём. Скривившись, зеленоглазый, поднёс руки к лицу. На месте правого глаза он обнаружил наложенную повязку. Голова кружилась настолько сильно, что он был вынужден потратить некоторое время на то, чтобы прийти в себя. Наконец, с большим трудом он встал и кое-как натянул грубую одежду, сшитую из шкур и связанную из шерсти. В смутных воспоминаниях, что пробились сквозь толщу забытья, мужчина видел лицо женщины и чувствовал тепло и силу её рук. Однако сейчас в землянке был лишь он один.
Ступая осторожно и неуклюже, зеленоглазый выбрался наружу. От яркого зимнего солнца на глазах выступили слёзы. Постояв несколько минут в извечной лесной нетиши, мужчина огляделся.
В тени сплетшихся в недвижном танце деревьев, на низкой скамье сидела бабушка. Ещё издали было видно, что она полностью недвижна. Приблизившись, мужчина увидел следы пота и слёз, покрытых тонкой нежной корочкой льда. На добрых руках знахарки, остались следы засохшей крови.
Лёгкими касаниями, его разум вызывал смутные искры воспоминаний. Лицо знахарки, застывшей в мрачном раздумье…тёплая кровь, струящаяся из распоротых вен…странные, смутно знакомые слова древних наречий…
Лишь, когда последний камень занял место на вершине небольшой могилки, уставший мужчина направился к маленькой, уютно построенной в объятиях деревьев землянке.
Скрипнув, закрылась дверь. Осмотревшись, зеленоглазый приблизился к маленькой могилке. Несколько минут он стоял неподвижно, склонив голову набок. Затем, отвернувшись, натянул на валенки широкие лыжи-снегоступы и отправился в долгий путь. Пройдя несколько десятков шагов, мужчина обернулся и бросил последний взгляд на ещё одно пристанище. Затем ушёл, чтобы больше не вернуться.
Часть восьмая
Самые страшные твари
Ярко освещенный трёхэтажный особняк, гордо высился на центральной улице. На подступах к дому собралась изрядная толпа людей. Аристократы и зажиточные помещики, пытались перещеголять друг друга, нацепив самые яркие и кричащие вещи. Периодически в дверях возникали непродолжительные споры и перебранки, так как потоки разнодвижущихся людей, мешали друг другу попасть внутрь или выбраться наружу.
Около месяца назад это помещение арендовала необычная выставка. Афиши были развешаны по всему городу. Яркие буквы громогласно возвещали о настоящей мистерии ужасов. Самые жуткие экспонаты, в которых неискушенные зрители вряд ли узнают монстров из тёмных глубин человеческой истории. Оборотни, вампиры, русалки и многие другие, более ужасные существа.
В главном зале, на первом этаже, молодые парень с девушкой, замерли у очередного экспоната. Тот представлял собой абсолютно чёрного человека с разорванной, будто бы изнутри, грудной клеткой. Рот существа навсегда застыл в жутком оскале. Девушка вздрогнув, не в первый раз за вечер, спрятала милое личико на груди своего кавалера. Тот, напротив, усмехнулся:
– Сколько раз нужно тебе повторить чтобы ты поняла Мэри, – с иронией проговорил он. – Это всё сделано из воска. Таких тварей никогда не было на земле. А это всё больные фантазии больных людей. Вот это вот, например, – и он указал на высокое и безумно худое существо с серой кожей, – вылитый дядя Эндрю.
– Тебе из всего надо сделать шутку, Уилл, – произнесла в ответ Мэри. – Но в этом месте совсем не хочется смеяться.
