— Так кто же вам мешает? Женитесь, размножайтесь, — пожал плечами мой беспечный и самоуверенный муж.
— Где бы еще взять ТУ самую. Это тебе повезло. Только познакомился и сразу не разлей вода.
Черт, я сейчас точно сквозь землю провалюсь.
Ну какая из меня «та самая»? Какое «не разлей вода»?
К той самой он вечерами ходит, скрываясь от посторонних глаз. И ждет не дождётся, когда она отучится, выпорхнет из-под крыла жесткого, строго отца, и они смогут воссоединиться в открытую.
А пока место для нее берегу я. То САМОЕ прикрытие. Только и всего.
Ремизов почувствовал перемену моего настроения. Его рука на моей щиколотке напряглась и мягко придавила. Мол расслабься и не дергайся, я сам разберусь.
Если бы он только знал, как мне хотелось его оттолкнуть! Как я страшилась таких вот прикосновений – ничего не значащих для него и убийственных для меня.
Меня будто кипятком обварило в том месте, где его ладонь соприкасалась с моей кожей. Будто медленно и мучительно выжигали клеймо.
Конечно, я не оттолкнула Марата. Я же жена. А где вы видели жен, которые шарахаются от невинных прикосновений своих дорогих мужей?
Поэтому продолжила спокойно лежать, улыбаться и кое-как участвовать в разговоре.
— Не переживайте. Перевернется и на твоей улице фургон с пряниками. — Безмятежно сказал Марат, обращаясь к Марку, — встретишь ЕЕ. Ту самую, которая отучит тебя на всяких богинь засматриваться. Будешь как примерный семьянин бежать после работы домой и звонить ей каждые пять минут, чтобы отчитаться, где ты и с кем. Начнешь ходить по струнке и прыгать по команде.
— Было бы не плохо, — хмыкнул старший, — глядишь, уму разуму бы научился и перестал ввязываться во всякие авантюры.
— А тебе непременно достанется коза-дереза, — тут же отбил Марк. — Такая чтобы всю твою выдержку в хлам порвала, нервы на кулак намотала и жить научила по-настоящему, а не только нескончаемым планам.
— Планы – это прекрасно. И меня, в отличие от некоторых, не надо ничему учить. Я и так все умею. И точно знаю, какой будет моя избранница – степенной, мудрой, с непререкаемым чувством стиля. С достоинством.
— С тремя образованиями, собственный благотворительным фондом, и чтобы носки по цвету сортировала и делала все строго по времени, — хохотнул Марат.
— Разве пунктуальность — это плохо?
— Это отлично, но можешь даже не мечтать. Я тебе точно говорю. Достанется тебе Козища. И будешь бегать с полыхающим хвостом, не зная, что с ней делать. То ли задушить, то ли обнять покрепче.
Пока старший бухтел, они переключились на третьего.
— А этому какая нужна? — подозрительно прищурившись спросил Марат.
— Этому? — Марк потер подбородок, — этому сильная нужна. Такая чтобы быстрее него по скалам карабкалась, да по рекам спускалась. Чтобы для нее прыгнуть с парашютом — раз плюнуть.
— И чтобы за рулем себя чувствовала уверено. Хоть на спорткаре, хоть на снегоходе, хоть на грузовике.
— И чтобы дома, вместо котиков, хомячков и маленьких тявкающих шавок, держала какого-нибудь кане корсо, или добермана. Ну или на крайний случай трех птицеедов, питона и попугая, ругающегося забористым матом.
— И что бы татуха в половину ляжки. И единоборствами занималась.
— А что… я не против, — хмыкнул Арсений, — если встретите такую – дайте знать. Я сразу примчусь.
Они беззлобно прикалывались друг над другом, а я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравится в их компании. Она такая…уютная что ли. Надежная.
Братья продолжали рассуждать о том, кому какая избранница подойдет, кто сколько внуков подкинет Денису Алексеевичу и Ольге Степановне.
Было забавно слушать, как четверо взрослых мужчин болтают словно мальчишки. Однако у меня закралось подозрение, будто они были не в курсе того, что у деда Ремизова есть завещание относительно первого внука.
Если они не знали, то как же Матвей пронюхал об этом завещании?
***
Хотя возможно все они прекрасно знали, просто не считали нужным затрагивать эту тему в разговорах. И имели на это полное право! Я же постеснялась спрашивать, потому что мое любопытство могло породить ответные вопросы. Откуда я об этом узнала, какое мне до этого дело? Ответить что-то вразумительное, не затронув тему о шантаже со стороны Матвея, я бы не могла. Чего доброго, еще подумают, что я заинтересована в наследстве и уже считаю выгоду от рождения будущего первенца.
Потом были шашлыки.
Братья Ремизовы хором назвали его «коронным блюдом бати», а сам батя гордо надувал грудь, когда мы уплетали мясо за обе щеки.
Просто нереальное объедение. Не знаю, как он мариновал шашлык, какие такие заклинания и танцы с бубном применял, но вкус получился божественным. Сочно, горячо, умопомрачительно вкусно.
Я объелась настолько, что сидела довольная, блаженно хрюкала и улыбалась, словно была немного не в себе.