Я лежал на грубо сбитых деревянных нарах. Какой-то рукожоп даже не постарался согнать две палеты на одном уровне, наехав крышкой одной на другую, поэтому у меня под спиной, как раз в районе поясницы, больно впивалась в позвоночник деревянная «ступенька». Даже подстеленный под спальный мешок коврик-пенка не мог нивелировать эту неровность. Хотя вроде и нестрашно, частенько условия сна были намного хуже: стылая сырость залитого водой окопа, шершавый подвальный бетон, который буквально высасывает жизнь из почек, или промозглый ветер просторной донбасской степи. Всякое бывало!
Командир сидел поодаль и вел задушевный разговор с Сахаровым.
– Сникерс, вот я никак не пойму: почему ты постоянно косячишь?
– Чё это я косячу? – притворно обижается Сникерс. – Всё нормально же.
– Да с какого хрена нормально?! Я тебе сказал бросить танк и уйти! А ты что?
– А я что? – включает дурачка Сникерс.
– А ты остался в танке со сбитой гусянкой и сгорел к чертям собачьим!
– И что? – пожимает плечами Сахаров. – Ну сгорел и сгорел. Зато успел выпустить пять снарядов, пока мне в борт из укропского танчика плюху не залепили. И между прочим, мои снаряды задержали противника и дали возможность уйти основному отряду. Так что это не косяк, а геройский поступок!
– Нет, братан, врешь! – нравоучительно размахивает указательным пальцем командир перед носом Сникерса. – Не выполнил приказ командира, ослушался его, значит, косяк упорол! Сказано было бросить машину, значит, будь любезен, выполни.
– Победителей не судят, – раздраженно хмыкает Сникерс.
– Псих! Псих! Псих! – трясет меня за плечо Джокер, вырывая из липкого плена странного сна.
– Что случилось? – тряся головой, сонно спрашиваю я. – Накат?!
– Нет! Крест, зараза такая, с Ашотом и Фиником на джихадку сорвались. Похоже, встряли. Тихо было, а сейчас Ветер доложил, что стрельбу слышит.
– Твою мать! – злобно прошипел я. – Хрен моржовый, все-таки ослушался!
Сон как рукой сняло, я даже не успел осмыслить сновидение. Надо будет, как только выдастся свободная минутка, прокрутить в голове увиденное. Явление во сне Сахарова и Крылова что-то означало и предсказывало изменения в моей жизни или жизни всего батальона.
Джихад, или джихадка, – так на этой войне называют самовольную вылазку без приказа. Обычно это делают, чтобы осмотреть трупы, лежащие в серой зоне, на предмет трофеев, или из желания произвести разведку, захватить вражеских бойцов в плен. Почему не согласовывают с командованием? На то много разных причин: нет времени, нет средств связи или те средства связи, что есть, могут находиться под контролем противника. Да элементарно знают, что командование не разрешит, но всё равно лезут.
Почему подобные выходки не одобряет командование? Во-первых, это опасно, и если «выскочка» будет ранен, то его придется как-то эвакуировать, а это значит выделить минимум два-три человека для транспортировки в тыл, что приведет к ослаблению этого участка обороны. Во-вторых, движение в серой зоне сторонними наблюдателями с нашей стороны может быть воспринято как перемещение вражеской ДРГ, и тогда по такому «смельчаку» будет нанесен удар. Ну и в-третьих, противник тоже не дурак и частенько сам выманивает подобных джихадистов на приманку, захватывая потом в плен. На той стороне ребята ушлые воюют, такие же, как мы.
Кстати, в последнее время бывали случаи, когда укропы специально «забывали» в серой зоне своих «трехсотых», чтобы на них, как на приманку, выманить российских солдат. А когда русские подходили к такому подранку, чтобы взять его в плен и эвакуировать в тыл, украинцы накрывали и своих, и чужих огнем артиллерии. То есть изначально приносили в жертву кого-то из своих, чтобы уничтожить пару российских бойцов. Такой вот кровавый, дремучий, военный каннибализм по-украински.
Крест – парень очень решительный, смелый и сумасшедший в хорошем смысле этого слова, тормозов у него совсем нет. На войну, а после и к нам в «Десятку» Крестовский попал из колонии, где отбывал очередной срок за «хулиганку». Надо отметить, что Кресту оставалось отсидеть всего два месяца, после чего он вышел бы на свободу. Но вместо того, чтобы спокойно «досидеть до звонка», Крест отправился на войну – Родину защищать.
А еще у Креста были завышенные амбиции. Когда Крестовский узнал, что Кока представили к званию Героя России, он во что бы то ни стало тоже решил получить заветную Золотую Звезду. А как это проще всего сделать? Ну конечно же, уничтожив как можно больше британских спецназовцев! Причем это же решение пришло в голову не только Кресту, но и другим бойцам 10-го ОДШБ. Действительно, если Кока представили к высшей государственной награде за двух уничтоженных солдат SAS (солдат ВСУ никто в расчет не брал), то за троих или четверых должны дать точно такую же награду. Солдатская мысль проста как лом!
– Братва, а если живыми захватить, то еще круче будет. Может, сам Верховный медаль будет вручать в Кремле… – расплываясь в мечтательной улыбке, вещал Крест.
