Пока процессия дошла до цели, в правдивости последнего утверждения удалось убедиться: зелёные волосы Елисея вытянулись до талии и завились крупными локонами, а привычная одежда сменилась очень похожим на платье спутницы нарядом. На нём подобное летящее, дымчатое одеяние смотрелось до крайности странно, а тем более обувь, которая напоминала крупные листья, примотанные к ноге тонкими верёвочками. Но царевичу нравилось.
В новую для себя комнату эти двое шагнули, держась за руки.
Зал казался естественным природным гротом, для полной иллюзии не хватало только косых солнечных лучей, пробивающихся вдали сквозь листву. Небольшое озерцо с россыпью мелких камешков по берегу, замшелые валуны, самые настоящие деревья, травяные ковры, пестревшие всевозможными цветами...
Фиккарика тут же помчалась к озеру, увлекая за собой Елисея.
— Она там не убьётся? — спросила Северина с тщательно сдерживаемой завистью. — Не ядовитое?
— Жителей Пятого колеса не убить природными ядами. Но тут в целом безопасно, — заверил он.
Оказалось, что появление этой странной особы — не новость. На голову Кощею и без его на то желания порой сваливались обитатели разных Колёс, причём Пятое, ввиду особых сил и безалаберности обитателей, лидировало по количеству незваных гостей. Тамошние любознательные и почти неуязвимые жители порой не просто попадали сюда, но могли причинить неудобства своей безудержной магией. Благо Кощей ещё со времени своего сотворения знал, как находить общий язык со всеми разумными и большинством неразумных существ, так что справиться с дивными созданиями не стоило труда.
Поведением они напоминали плохо воспитанных, но необидчивых и рассеянных детей. Легко отвлекались, обожали всё яркое и блестящее, грамоты не знали, но поболтать любили и обладали доступом к общей родовой памяти, которая помогала этим непутёвым существам не сгинуть. Некоторая ответственность и умение сосредоточиться включались в них при рождении потомства, и то ненадолго — уже к пяти годам дети становились совершенно самодостаточными, а родители теряли к ним интерес.
— Через семь дней она сама вернётся домой. При проходе через те двери, через которые она явилась, это правило работает.
— А ничего, что Елисей там какие-то бутылочки разбил?
— Они не влияют на ткань перехода, — заверил Кощей. — Это средства для лечения разных недугов из разных колёс, нейтрализации ядов и других вредных воздействий.
— То есть за Елисея можно было не бояться?
— Его гибель была вероятна, — возразил Кощей. — Противоядия зачастую не менее ядовиты.
— Может, всё-таки отправить его домой?.. — ещё раз безнадёжно попросила она.
Хозяин только отмахнулся, даже не стал запирать царевича. С одной стороны, понятно: Фиккарику явно непросто удержать на месте, а эти двое уже основательно спелись, и кто знает, как она отреагирует! А с другой… Он же Кощей! Да, Северина понимала, что сказочный образ — надуманный и далёкий от правды, но привычка порой оказывалась сильнее.
Да и посещала порой мысль, всё ли дело в страхе людей перед равнодушным пришельцем, приносящим беды, или раньше он был другим? Жаль, этого никто точно не скажет.
— Ой, а что это ты тут делаешь? — сбил с мысли звонкий голосок.
— Привет, Кара. — На мгновение закатив глаза, Северина заставила себя повернуться к пришелице с улыбкой. Мысль всё равно убежала, что толку ругаться. — Мне надо придумать, как найти одну штуку. Здравствуй, Елисей.
Зря Кощей рассчитывал, что Фиккарика будет смирно сидеть в живописной пещере. Нет, она действительно полюбила то место, да и Северина прониклась и порой сбегала искупаться в приятно тёплой воде — так они и сошлись, — но мешали другие соблазны, а самое главное — Елисей. В отличие от Кары тот не мог сидеть целыми днями, предаваясь фантазии в игре с разноцветными яркими камушками, и постоянно рвался исследовать окрестности.
Поначалу хозяин отнёсся к этому с равнодушием, заверив, что в опасные места парочка пройти больше не сможет, но несколько раз они всё-таки умудрились куда-то забраться, провалиться, а потом и заблудиться. Смерть от голода и жажды с Фиккарикой не грозила, она не задумываясь создавала все нужные мелочи, но за это вечное дитя очень волновалась Василиса. Перечить хозяину она не смела, зато Северина уже вполне освоилась с ним, так что продавливать более жёсткие ограничения пришлось ей.
Кощей прислушался быстро и решил проблему основательно: поднял стены и убрал двери там, куда решил не допускать неуёмную парочку. Причём вскоре стена такая отгородила и зеркальный зал: никакого страха перед легендарным существом Фиккарика не испытывала, поэтому из любопытства упрямо лезла и к нему под руку. Елисей робел, но за зазнобой своей следовал неотступно.