— Но он же Кощей Бессмертный! Самому Карачуну служит, — добавила она, понизив голос. — Верно, и меня потому забрал, что его хозяину в жертву принесена была…
— Кощей говорит, что ни одного бога никогда не видел. Наверное, они живут в другом месте, а он сам по себе, — высказывать крамольную мысль, что богов не существует вовсе, Северина не стала. Не может такого быть, чтобы всё само по себе работало и один только Бессмертный за всем приглядывал. — Если о сказках не вспоминать, он не такой уж грозный.
— Не скажи. Глаза эти его чуть ли не светятся, рука… И сам он жуткий. Худой, длинный, как зыркнет, ручищей своей клацнет… Душа в пятки! Хорошо, он на меня и не смотрит почти, на тебя только, но не представляю, как ты это терпишь!
— Да ну скажешь тоже, — отмахнулась Северина. — Что механический отчасти — так это даже интереснее, а в остальном… Необычный, но скорее симпатичный, чем зловещий.
Воля глянула на неё как-то очень странно, но не возразила.
Костюм у Северины вышел по образу и подобию кощеевского, но посвободнее. Короткие, чуть ниже колен прямые штаны и прикрывающая бёдра безрукавка. Без юбки было очень странно и непривычно, одежда смущала и мешалась, но всё же так под водой наверняка удобнее.
***
К утру живая вода потускнела, но до конца не выварилась, поэтому её оставили томиться дальше, а сами отправились за новой деталью головоломки. Тут уже даже Северьян не спорил — поворчал немного, опять наказал Бессмертному беречь сестру, но без огонька. Смирился. Наверное, потому, что не видел наряд сестры, в котором та намеревалась отбыть: ей хватало благоразумия понимать, что Север не одобрит.
Несправедливость и двойные стандарты брата вызывали досаду. Как с какой-нибудь бойкой девицей обжиматьсяна празднике — так это не зазорно обоим, а как она что-нибудь не то сделает — так тут же срам. Северина в очередной раз пообещала себе непременно что-то этакое сделать и высказать Северу свои контраргументы, но сразу об этом позабыла: предстоящее путешествие на Первое колесо волновало гораздо больше.
Защитой от воды оказался крупный розовый полупрозрачный камень с дыркой посередине, в которую был продет прочный шнурок. Кощей помог Северине надеть его так, чтобы не болтался и не мог случайно соскользнуть через голову, заверив, что сорвать его невозможно — посторонние просто не будут видеть этот камень. Удобная защита.
— Дай мне руки и на всякий случай закрой глаза, — велел Кощей.
Девушка послушалась и неожиданно для самой себя отвлеклась от предвкушения, зацепившись за сиюминутное: ощущение мужских ладоней. Казалось бы, не первый раз прикасается, а вот так сравнить раньше в голову не приходило. Если с механической всё более-менее понятно, то вторая неожиданно оказалась на неё похожа: тоже сухая и очень твёрдая, как будто под кожей тоже было железо, лишь немного прикрытое для маскировки. Почему-то это было приятно.
Увлечённая сравнением, она не сразу поняла, что в окружающем мире произошли изменения, а вернее — изменился сам этот мир. Звуки, запахи — другие и по-другому, и в теле такая невероятная лёгкость…
— Открывай глаза.
Северина послушалась Кощея, чей голос тоже звучал странно — как будто со всех сторон сразу. И ахнула.
— Ну ничего себе!
Когда она заозиралась, Бессмертный в первый момент не отпустил руки, всё ещё ожидая испуга и паники. Не сразу поверил, что восторг и любопытство — искренние, а Северина между тем и думать забыла о смущении и каких-то страхах. Может, если бы она вдруг оказалась в воде с открытыми глазами, это напугало бы, но Бессмертный поступил очень разумно. Когда она уже уверенно дышала и не чувствовала неудобств, чего бояться?
Зато красота окружающего мира зачаровывала. Путешественники медленно опускались на дно на краю огромного пёстрого ковра, залитого сочащимся сквозь толщу воды светом. Вверху качалось и рябило зеркало поверхности, оттуда тянулись косые дрожащие завесы из солнечных лучей, а внизу роились вокруг диковинных трепещущих цветов невероятно яркие рыбки, будто разрисованные ребёнком.
Северина сразу потянулась к ним, посмотреть поближе, но вместо этого начала нелепо всплывать попой кверху. Вроде выправилась, но стоило отвлечься — и опять ноги пытались задраться выше головы. Наверное, освоилась бы она быстрее, если бы не так сильно душил смех: стоило представить, как всё это выглядело со стороны, и сдерживать хихиканье становилось невозможно.
— Не суетись, — не выдержал наконец Кощей, поймал за руку. Даже он сдержанно улыбался, глядя на барахтанье спутницы. — Вот так.
Плавал он как человек, притом весьма проворно и уверенно, ещё попробуй угнаться. Больше всего Северине хотелось спросить, как он умудряется успешно загребать железной рукой, она же с дырками, и почему вообще не идёт камнем ко дну — металлический ведь! Но промолчала, потому что ясно же — волшебство какое-то, и вряд ли Бессмертный в курсе, что насочинял Великий Механик.